sekretarevam

Шагая обазаренным утренним городом, где еще нет толкотни и пробок,..

Sat, 20 Jun 2009 06:39:58 GMT

.. .где даже рекламы не раздражают, как не раздражало бы посетителя какого-нибудь огромного музея искусство ископаемого царства круглоротых, понимаешь, что:

чем меньше люди занимаются наукой и производством, тем труднее отличить идиота от разумного человека.

На тему близкую:

http://www.proza.ru/2009/04/09/717

Весна и новые носочки (стиляжские слова на Чаттанугу-чучу).

Fri, 01 May 2009 16:05:40 GMT

Поколение стиляг - это дети горожан, рожденные перед войной. Я родился после, в 1947-ом, и время расцвета стиляжской культуры (вторая половина 1950-ых) наблюдал, так сказать, снизу. И хотя средний стиляга был на лет 1О старше меня, я все-таки, благодаря некоторым обстоятельствам, был вхож в этот смешной и странноватый, явно "несоветский" стиляжский мир. Все советское вокруг как-бы слипалось тогда в один огромный ком и катилось в таком непобедимо растущем виде к светлому будущему, т.е. вперед и вверх. Стиляги же, напротив, шли пестрой россыпью, и в направлении совершенно противоположном - назад и вниз, т.е. туда, куда, как считалось, катится загнивающий, деградирующий и обожаемый стилягами Запад, естественно, светлого будущего лишенный.
Поэтому понятно, почему на малюнках в "Крокодиле" и на плакатах того времени беспечно деградирующие стиляги изображались смахивающими на обезьян и неандертальцев. И это стилягам нравилось, более того - обезьяны, пальмы и баобабы постоянно фигурировали в размалевках широких стиляжских галстуков и в текстах веселых стиляжских песенок, нет, скорее, припевок: " ... мы плывем по Уругваю, ночь - хоть выколи глаза ; слышны крики попугаев, обезьяньи голоса..."
Вот и сейчас, - пишу, а в голове сама собой складывается запоздавшая на лет 50 припевка, на мотив бывшей настоящим стиляжским гимном знаменитой "Чаттануга-чучу": "Впрочем,обезьяны лучше, чем бараны. Если нет, то, значит, дядя Дарвин неправ!"

Замечу, что к поколению стиляг (вернее, к "умеренной" комсомольско-стиляжской прослойке) относятся и политические лидеры, развернувшие бывший советский корабель на 180 градусов. Что касается первого президента Украины Л.М.Кравчука, то его явно прическа - явно стиляжский "кок" - говорит о его былых симпатиях весьма красноречиво.

Теперь об опусе "Весна и новые носочки", сотворенном этой весною. Думаю, он родился у меня по причине крайней потребности в моральной стиляжской поддержке. Ведь и, вправду, нам сейчас, как когда-то стилягам, нужно уметь, не уныывая, продолжать двигаться своим путем, вопреки противным потокам обстоятельств.

Вобщем, - вперед, друзья, и пальмы будут наши!

Все - в коммунизм,
а я купил себе носочки.
Веселый хлам, -
под стать апрельским делам.
Вся моя жизнь,
в полосочку -
и дни, и ночки -
на моих носочках,
где свет и тьма
пополам.

Припев (двойной):

Еду по Европе.
Пролагает свой след
шестицилиндровый кореш -
мой велосипед.
Полон бак горючим,
это значит, - "чучу"
буду долго-долго петь -
хоть тысячу лет!

Еду по Европе,
еду сам, далеко.
Словно вождь народов
про свою Сулико,
я пою про чучу,
что намного лучше,
потому что с чучей
жить на свете легко!

А вот и ты,
ты вся в коротком и зеленом,
как солнце ясна,
и брошка - словно блесна.
На голове
причесочка "гнездо вороны".
Это очень клево,
это значит - весна!

Припев:
.
2009, февраль-март.

А вот и первая попытка записи этой стиляжско-велосипедной версии "Чаттануги" (пою и играю пока что сам)

http://www.divshare.com/download/7851987-f10
http://www.macromedia.com/go/getflashplayer"></embed></object>

Путь мужа: от матери к отцу. Поэтические реализации: Т.Г. Шевченко, В.П. Прилипко.

Sat, 14 Mar 2009 11:40:07 GMT

Толчок для написания этого текста я получил, когда анализировал выполненный одним разумным и дельным москвичом русский перевод одного из самых близких мне стихотворений Т.Г. Шевченко – "Доля" (1856). Это стихотворение я знал на зубок, даже музыку на него написал, но переводить его, чтоб донести до русского уха, не решался. И слава Богу. Оказывается, мое проникновение в суть этого творения нашего кобзаря было ничтожным. И вот углубить его неожиданно помог перевод москвича - крайне неудачный, но очень искренний. Да, искра искренности - могучее светило!

Вот как это проникновение происходило. Стараясь понять, в чем главная ошибка автора, и, опять же, искренне переживая его неудачу, я подключил к любви мозги и в самом что ни на есть форсажном режиме перечитал текст оригинала.

Первое, что я заметил - это выразительная трехчастность "Доли", которой совершенно не было в переводе, фактурно однородном. (Кстати, в музыке моей эта трехчастность четко выражена! Вывод - музыка пишется не умом.) Причем этой симфонической троистости Тарас Григорьевич добился, используя совершенно простую лексику. Смотрите сами (водоразделы между частями я добавил для наглядности).

Т.Г. Шевченко.

Доля.

Ти не лукавила зо мною,
Ти другом, братом і сестрою
Сіромі стала. Ти взяла
Мене, маленького, за руку
І в школу хлопця одвела
До п'яного дяка в науку.
«Учися, серденько, колись
З нас будуть люде»,— ти сказала.

А я й послухав, і учивсь,
І вивчився. А ти збрехала.
Які з нас люде? Та дарма!

Ми не лукавили з тобою,
Ми просто йшли; у нас нема
Зерна неправди за собою.
Ходімо ж, доленько моя!
Мій друже вбогий, нелукавий!
Ходімо дальше, дальше слава,
А слава — заповідь моя.

1856г.

Удивляюсь, как не заметил я раньше, что первая часть - явно женская, с плавной речью, с плывущими длинными фразами. Женское начало проступает и в окончаниях строк: три глагола женского рода, три существительных женского рода.
А вот третья часть - та, напротив, мужская, рубленая, дискретная. (Автор упомянутого перевода - ученый, физик-лазерщик. Эту статью я обязательно пошлю ему, поэтому уместной будет такая физическая аналогия: первая часть - волновая, максвелловская, третья - квантовая, планковская). Заметим, что здесь доля - уже не женщина, старшая сестра, мать, поводырь автора-мальца, а друг - убогий, нелукавый, которого зовет в дорогу уже сам автор, ставший отцом. И еще. Если первая часть - камерная, диалоговая, и действие здесь происходит на тенистой тропке, ведущей к хате дьяка у сельской церкви на горе (ландшафты на батькивщине Тарасовой волнистые), то в третьей части прослушивается явная публичность, гулкость. просторность. Под ногами уже битый шлях, тракт почтовый, дорога славы и неславы.

Относительно упомянутой простоты средств: обратим внимание на такой бесхитростный прием как повторы – мы-мы, дальше-дальше, слава-слава. Но повторяется-то что – слова-ключи, слова-замки, слова-твердыни!
Что касается короткой, частной (и потому скрытой) средней части, то она - как двуликий Янус. Лик, обращенный к первой части – помягче, обращенный ко второй - пожестче.

На этом можно было бы и закончить, но доля, в данном случае - вашего покорного слуги, распорядилась иначе. Она послала меня на один сайт, куда я захожу весьма редко. И что же? Я увидел перед собой вирш моего большого друга и еще большего украинского поэта - Володи (Владимира Петровича) Прилипко. И вирш этот как нельзя лучше раскрасил, углубил и подытожил все мысли и чувства, навеянные шевченковской "Долей".

В.П. Прилипко.

* * *

На зеленій скрині
Півень і зозуля.
Нас розбудить сонце
І не вцілить куля.
Тільки б перебігти
Кладку цю вузеньку -
На тім боці батько,
На цім боці ненька.

бл. 2000 р.

После такой двойной встряски, мне ничего не оставалось, как взяться за переводы обоих шедевров. Нет, я не надеялся на особый успех затеи, но это надо было сделать, так как текст мой я адресовал прежде всего русскоязычному читателю. Для человека, мыслящего по-украински, хватило бы трех-четырех фраз комментария. Вот эти переводы.

Т.Г. Шевченко.

Доля.

Ты не лукавила со мною,

ты другом, братом и сестрою

сиротке стала. Ты взяла

мальца невинного за руку, -

к пьянчужке-дьяку повела,

терпеть побои за науку.

"Учись, дитя, получишь чин,

мы в люди выйдем", - ты сказала.

И я учился. И причин

достиг. Но жизнь, увы, не стала

любезней. Впрочем, все равно!

Мы не лукавили с тобою.

Мы шли, - и ни одно зерно

лжи не упало за спиною.

Пойдем же, долюшка моя,

мой друг убогий, нелукавый!

Неблизкий путь - дорога славы.

Но слава – заповедь моя.

Перевод А. Секретарева, 2009.

На зеленых ставнях

когут и кукушка.

Пусть разбудит солнце,

пусть промажет пушка,

чтобы узкой кладкой

мы успели, братцы,

попрощашись с маткой,

к батьке перебраться.

Перевод А.Секретарева, 2009.

Сухие выводы. Общеизвестная нездоровая форма мужской женственности, как и общеизвестная тяга приблатненного шансона к образу "родной мамы" (про отца блатной фольклор помалкивает), - думаю, все это различной формы следствия того, что многим прямым потомкам Адама так и не удалось в своей жизни окончательно оторваться от пуповины, отсоединиться от породившего каждого из нас женского начала, увидеть и перейти ту "узкую кладку", ведущую мужа от матери к отцу. Жаль.

Песни Анатолия Секретарева mp3

Wed, 11 Mar 2009 12:12:46 GMT

Тексты песен находятся здесь

http://www.stihi.ru/2009/03/09/6404

Перечень, короткое описание звуковых файлов и доступ к ним.

SF1. Весна. Муз., сл (укр.). – А.Секретарев. Запись сделана в декабре 1997 г. Вокал, гитара - А. Секретарев. Павел Шепета - фортепиано. Максим Гладецкий - контрабас. Звукорежиссер - М. Гладецкий.

http://www.stihophone.ru/works.php?ID=15948

SF2. Романс о бабочках. Муз., сл. (рус.) – А.Секретарев. Репетиционная запись, весна 2008 г. Секретарев А. - голос, гитара. Елена Шевченко - скрипка, бэк-вокал. Владимир Войчишин - гитара, бэк-вокал.

SF3 Паводок. Муз., сл.(рус.) – А.Секретарев. Запись сделана весной 2007 г. А.С. Секретарев - голос, гитара, аранжировка. Владимир Войчишин - клавишные, гитара, звукорежиссура. Николай Доляк - флейта, бэк-вокал. Елена Шевченко - скрипка.
http://www.stihophone.ru/works.php?ID=15947

SF4 Послевоенный сарайчик. Муз., сл.(рус.) – А.Секретарев. Демонстрационная запись, 2007. А. Секретарев - голос, гитара.
http://www.stihophone.ru/works.php?ID=15893

SF5 Дивись (Смотри ) Муз. - А. Секретарьов. Сл.(укр.) – В. Прилипко. Репетиционная запись, декабрь 2008.

А.Секретарев - голос, гитара. Павел Шепета – фортепиано, Максим Гладецкий - контрабас.

http://www.stihophone.ru/works.php?ID=15692

SF6 Шлях на Літин. (Шлях на Литин) Муз., сл. (укр.) – А.Секретарев. Запись сделана в начале 2008 г. А. Секретарев, группа "Камышовый кот", Юрий Харченко (флюгельгорн). Аранжировка - Владимир Войчишин.

http://www.stihophone.ru/works.php?ID=15894

SF7 Провинциальная музыка. Муз., сл.(рус.) – А.Секретарев.1996 г. А. Секретарев - голос. гитара. Звук - Юрий Трифонов.

SF8 Зимний романс со звездой. Муз., сл.(рус.) – А.Секретарев. Демонстрационная запись, начало 2008 г. А.Секретарев - голос. Владимир Войчишин - клавишные, гитара, аранжировка.

SF9 Мой друг - алкоголик. Муз, сл.(рус.) – А.Секретарев. Демо-запись. 2007 г. Роман Криль, группа "Камышовый кот".

http://www.stihophone.ru/works.php?ID=15892

SF10 Вечір і тополя (Вечер и тополь (в укр. – жен. рода)). Муз.. сл.(укр.) - А. Секретарев. Демо-запись, начало

2008г. А. Секретарев и группа "Камышовый кот". Аранжировка – Владимир Войчишин.

SF11. Весна. Муз., сл.(укр.) – А.Секретарев. Демонстрационная запись сделана в начале 2008 г. А. Секретарев - голос, гитара. Владимир Войчишин - гитара, аранжировка. Николай Доляк - флейта.

SF12 Майор Кочкин. Муз., сл.(рус.) – А.Секретарев.Запись сделана в начале 2008 г. А. Секретарев - голос. Муз. сопровождение - группа "Камышовый кот". Аранжировка - Владимира Войчишина.

http://www.stihophone.ru/works.php?ID=15891

SF13 Винница, 1948 год. Муз., сл. (рус.) – А.Секретарев. Исполняет Андрей Крючков (голос,

гитара). Запись конца 1990-ых гг.

SF14 Вільшанка. Муз. А. Секретарева. .Текст песни – украинский перевод А.Секретаревым

стихотворения И. Бродского ".Ты выпорхнешь, малиновка...". Запись сделана в 2007г. Исполняют Роман Криль, группа "Камышовый кот". Аранжировка - Владимир Войчишин.

SF15 Жаркий полдень в Габоне. Муз. и сл. - А.Секретарев. Репетиционная запись, начало

2008г. А. Секретарев - голос, гитара. Елена Шевченко - скрипка, бэк-вокал.

SF16 Час (Время). (Вариация на музыку и тему песни Тома Вейтса "Time". Сл. (укр.) А. Лакомов, А.

Секретарев. Демо-запись, начало 2008 г. А. Секретарев, группа "Камышовый кот". Аранжировка –

Владимир Войчишин.

SF17 Зелена ліщина (Зеленый орешник). Муз., сл.(укр.) – А. Секретарев. Демо-запись, конец 2007 г. Роман

Криль и группа "Камышовый кот".

SF18 Королевская охота. Муз., сл.(рус.) – А.Секретарев. Демо-запись, начало 2008 г. А. Секретарев – голос,

гитара. Владимир Войчишин - гитара.

SF19 Старик и река. Муз., сл.(рус.) – А.Секретарев. Демо-запись, начало 2008 г. А. Секретарев – голос,

гитара.

SF20 Лядова (Лядова (название речки)) Муз. – А.Секретарев. Сл.(укр.) – В. Прилипко. Демо-запись, начало

2008г. А.Секретарев и группа "Камышовый кот".

SF21 Після дощика в четвер (После дождика в четверг). Памяти Володи Прилипко. Муз., сл.(укр.) –

А.Секретарев. Демо-запись, начало 2008 г. А.Секретарев и группа "Камышовый кот".

Russia, Ukraine: In Wait for Varangians

Sat, 07 Mar 2009 12:52:04 GMT

While the article was written 12 years ago , it's actual now.

A. Sekretarev, 1996.

Russia, Ukraine: In Wait for Varangians

Stagnation, perestroika, dissolution of the Soviet Union, rise of independent state – all these dramatic periods experienced Ukraine in the last two decades of its history. Like Russia, by the way. And now a new period starts, its essence – selection of the way for development.

Unlike the previous, rather related to destruction and hence rather static and closed, the new period must become creative, and so – dynamic and demanding broader view on the surrounding world. Since creative motion of a state is impossible if this state does not fit into more general and deeper process of development of the whole civilization to which this state belongs.

“One does not choose civilization” – it is true for states to the same extent as the similar sentence about the motherland is true for an individual person. But if a person can leave his/her motherland, for a state immigration from the civilization is impossible – the age of great migrations of nations has gone to the past.

Meanwhile, even when staying in motherland, a person can forget it, forget his/her ancestors, forget kinfolks, and so doom himself/herself to destructive loneliness. The same hazard exists for a state too - to be torn off its civilization, ignore laws of its development and interests of neighbours – means to doom the state to vegetation, if not to catastrophe.

It is especially essential in the current epoch, when unprecedented development of communications turned the globe into a single area of world politics, where not separate national states, but civilizations cooperate and oppose each other.

Slavic world: civilization or outskirts?

During practically the whole periods of new and modern history, i.e. starting from the middle of ХVII century, Ukraine and Russia were within a united state. That is why the history of interrelations of the state and civilization was practically the same for the both now independent states.

The question of questions for the history of these interrelations is the sacramental one: - does Slavic civilization with its own way of development and Russian center exist, or Slavic states are outskirts of the western civilization and are being developed in accordance with laws of its evolution?

Just two quotations.

“Now in Russia occurs the same what have occurred in the West: it moves to capitalism … , Russia must enter it. This is an inevitable world law.”

“Russia has its own separate history and social structure and … will be free from the yoke of capital and bourgeoisie and class struggle.”

These statements are taken not from the modern electoral campaigns. They were said exactly a century ago.

The first one belongs to the Finance Minister of the Russian Empire S Vitte, the second - to that time deputy Home Minister V Pleve.

full text http://www.proza.ru/2009/03/07/522

Россия, Украина: в ожидании варягов.

Sat, 07 Mar 2009 12:28:57 GMT

Статья написана и опубликована в коце 1990-ых, но более чем актуальна и сегодня.

А.Секретарев, 1996.

В ожидании варягов

"...Цивилизацию не выбирают” – это справедливо для государства в той же степени, как подобное высказывание о родине справедливо для человека. Но если человек может покинуть свою родину, то для государства эмиграция из цивилизации невозможна – эпоха великих переселений народов давно канула в прошлое.

Впрочем, даже живя на родине, человек может забыть ее, забыть своих предков, забыть о ближних, а значит – обречь себя на губительное одиночество. Такая же опасность существует и для государства: оторваться от своей цивилизации, игнорировать законы ее развития и интересы соседей – означает обречь государство на прозябание, если не на катастрофу.

Особенно это существенно в нынешнюю эпоху, когда небывалое развитие коммуникаций превратило земной шар в единую арену мировой политики, где сотрудничают и противостоят друг другу уже не столько отдельные национальные государства, сколько цивилизации.

Славянский мир: цивилизация или окраина?

В течение практически всей новой и новейшей истории, т.е., начиная с середины ХVII ст., Украина и Россия пребывали в рамках единого государства. Поэтому история взаимоотношений государства и цивилизации для обеих нынешних независимых держав в общем-то едина.

Вопросом вопросов всей истории этих взаимоотношений является сакраментальное: - существует ли славянская цивилизация со своим путем развития и российским центром или же славянские страны являются окраиной западной цивилизации и развиваются согласно законам ее эволюции?

Полный текст статьи см.
http://www.proza.ru/2009/03/07/508

"Вчера" и "Дурак на холме": две песни, два перевода (продолжение 2)

Wed, 04 Mar 2009 10:56:57 GMT

Приступаем теперь - не к переводу (для такой знаковой песни какYestarday этого мало), - к осмыслению текста шедевра, сотворенного сэром Полом Маккартни.

Слово-анонс 1-го куплета.

Yesterday = Вчера,

Очевидно, тут "вчера" есть, действительно, как бы анонсом, названием того, о чем будет идти речь далее. Причем то, что названо, - не совсем то, что принято подразумевать под этим названием, и поэтому требует разъяснения, детализации, конкретизации. Вот пример:

"Победа.
Ночь Мы идем, голодные как черти, то и дело попадаем под обстрел. Но не отстал никто.
Я верю в победу."

По этой схеме - "анонс картинки – картинка – фраза-подтверждение" построены 1-й и 3-й куплеты, в какой-то степени - и 2-й.

Картинка 1-го куплета.

all my troubles seemed so far away, = все мои беды,тревоги, казалось, пребывали далече (т.е. казалось, что они пребыввали там, куда уже не попасть и откуда уже не прийти, - за неодолимой преградой: на огромном удалении; "за высокими горами. за синими морями" и т.п.)

Речь идет, конечно же, о прошлых бедах, неприятных воспоминаниях из прошлого: на это указывает слово "все", которое неприложимо к неопределенному количеству бед будущих; поэтому можно смысл понимать так: все плохое из моего прошлого казалось далеким от меня, безвозвратным; тем, что кануло в Лету; тем, от чего я отстранился навсегда.

Now it looks as though they're here to stay, = Сейчас же они выглядят как то, чему надлежит пребывать рядом; как то, что не исчезает полностью, всегда остается. "дает остаток-осадок - неисчезающий след"

Фраза-подтверждение.1-го куплета

Oh, I believe in Yesterday. = О, я верю, во вчера (в то, что только что было описано, именно в такое "вчера").

Слово-анонс 2-го куплета.

Suddenly, = Нежданно (Внезапно)

Это слово выбрано как анонс, потому что доминантой того, что будет подано в картинке 2-го куплета есть резкость, неожиданность, мгновенность.

Картинка 2-го куплета.

I'm not half the man I used to be,.= я лишился половины прежнего себя (я утратил половину самого себя)

Это напоминает то, что происходит при инициации – человеку добавляют к его детскому имени еще и имя новое, взрослое. Тогда это можно понимать так, что прежнее имя стало вполовину меньше и освободившуюся половину заняло имя новое. Можно сказать (но у Маккартни этого нет), что при инициации прежнее "я-имя" подвигается и освобождает пространство для нового "я-имени".

There's a shadow hanging over me, = надо мною повисло марево ( призрак, .тень, нечто, похожее на облако)

Это марево и есть моя новая половина. Теперь я могу ощущать себя со стороны, причем себя со всем своим прошлым, со всем содеянным мною. Возможно сказать и так: моему взгляду открылась суть моя, душа моя.

Кстати, в истории всего человечества это произошло тогда (раньше я считал, что это случилось в промежутке 40 тыс. – 30 тыс. лет тому назад, но сейчас этот срок отодвигается в прошлое, и, как я понимаю, ясности здесь пока нет), когда на смену тому, кого мы называем Homo sapiens - Человек разумный, пришел Homo sapiens sapiens - Человек, разумеющий, насколько он разумный.

Фраза-подтверждение второго куплета.

Oh, yesterday, came suddenly = О, нежданно пришло вчера ( Да, вчера было неожиданностью для меня).

* * *

Последующий припев служит в песне водоразделом. С него начинается новая, вторая часть песни: припев – 3-й куплет – припев. Но прежде, чем приступать ко 2-й части, сделаем обзор всей 1-ой части в целом.

Уяснить ее общий смысл, думаю, поможет такая аналогия (я специально строю ее в экзотической для славянина версии, чтобы подчеркнуть универсализм сюжета).

Вы стоите утром посреди африканской саванны. Вы - это хороший, умный африканский хлопец из народа, живущего, увы, по старинке. Вчера был праздник, и вы прошли обряд инициации. А сегодня вы встали раньше всех и вышли на край селения, чтобы посмотреть на прежний мир новыми глазами.

И эта новизна взгляда ощутилась сразу. Мир теперь для вас другой. Теперь вы чувствуете, как то, что было с вами, что казалось ушедшим из вашей жизни, как бы возвращается из-за горизонта, - а, может, это вы сами обрели возможность заглядывать за горизонт. (Эквивалент 1-го куплета).

Далее, ощутив вполне изменеиия своего мировидения, вы пытаетесь восстановить в памяти, как это случилось, как произошло это ваше недавнее преображение. Это было нечто мгновенное, внезапное, резкое, как этот едва затянувшийся ритуальный надрез на вашей щеке. И еще: в тот момент истины вам показалось, что вашим глазам открылся Вы Другой, и он был похож на клубящуюся тучу, висящую над вами. (Эквивалент 2- куплета.)

* * *

Переходим ко второй части песни. Она посвящена главному, что делает человека Человеком - Любви.

Разбор этой половины произведения лучше начать с ее середины - с третьего куплета. Дело в том, что припев, обрамляющий куплет, - это очень короткий пересказ частной истории, случившейся с автором. И первое пропевание этого краткого рассказа-припева, несмотря на то, что нечто подобное случалось со всеми, не совсем понятно слушателю. Поэтому автор, как бы спохватившись, подает в 3-м куплете, построенном по той же троистой молитвенной схеме, что и предыдущие, обобщение, после чего повторяет свой маленький рассказ-припев еще раз.

Итак, 3-й куплет. Но сначала нужно проверить.достаточно ли мы оснащены для его понимания. А именно. Мы должны сначала укрепить в себе тезис - любые дела человеческие, в том числе и любовь, могут происходить как забава, времяпровождение, как процес "потребления мироздания", и как творческое дело, времясозидание, как процес участия в постоянном развитии мира.

Здесь возникают и некоторые трудности с переводом в силу полисемии (многозначности) главных смыслонесущих слов куплета - game и hide.

Начнем с game. Это слово имеет изначальный смысл (обозначенный в словарях современного английского языка как "устаревшее, архаичное"), сушественно отличный от понятия "игра", которую мы понимаем как "упорядоченные и замкнутые, самодостаточные действия одного или нескольких людей, имеющие целью прежде всего состояться, завершиться в самих себе, привести к каким-то чисто внутренним результатам". Game - это иное, это "потеха, охота", т.е. то, что человек совершает, чтобы потешить себя, ради удовлетворения прежде всего личных желаний. "Почему ты это делаешь? Потому что я так хочу, потому что охоту имею." Кстати, игра - это не всегда game . Скажем, для гладиатора.

Немного словарной информации с моими комментариями:

** game – дичь, т.е. добыча охоты, т.е. цель охоты, т.е. и сама охота; fire game - дичь, на которую разрешена охота (дословно) – огневая,. т.е. вместе это звучит как "ружейная охота"; кстати, во времена Аксакова, когда этот термин прочно вошел в руссукую традицию, моя любимая рыбалка называлась так - "охота с удочкой", что сразу отличало ее от рыбалки серьезной, рабочей - добычи пропитания с нептуновой нивы;

** to be game for a walk - охотно пойти гулять; тогда game to play (дословно) – охота поиграть(ся), easy game to play (дословно) – легкая, необременительная охота поиграть(ся);

** еще одно словосочетание, которое может служить мостиком к другой песне Пола Маккартни - Fool on the hill : easy game - лёгкая добыча; легковерный человек; простофиля, простак (спасибо прекрасному словарю Апресяна на сайте "Языки мира");

Теперь перейдем к слову hide. Здесь полисемия, по крайней мере - та, которую мы используем в анализн песни, более простая. Она такая же, как у русского слова "прятаться" - 1) скрываться; 2) (ситуационное) пребывать в укрытии во время игры в прятки.

Здесь уместно заметить, что не только дела наши взрослые, а и детские игры можно разделить на "менее серьезные" и "более серьезные". Такие игры, как пятнашки, характерные тем, что все играющие видят друг друга, т.е. пребывают как бы в одном мире. – на лужайке для игр. – это игры более легкие. А вот такие игры как прятки - уже посложнее, поскольку здесь играющие разделены на "видимых" и "невидимых, скрытых".

Отсюда имеем: hide-and-seek (дословно) - прятаться и искать – игра в прятки.

И вот мы готовы к тому, чтобы понять и сформулировать главную мысль второй части песни. Примерно вот так.

Любовь – это всегда игра-охота - и до инициации человека, и после нее. И все-таки, после появления "Вчера" и эта игра-охота становится совсем иной, намного усложненней. Теперь в ней многое становится скрытым, таинственным, сокровенным, требующим поиска, возможно, очень долгого, - причем поиска не только в настоящем, а и в прошлом, в опытах любви былой. Поэтому так часто в новой, настоящей, взрослой Любви используется "Вчера" - дверь, ведущая в историю любви, где прячется, "играет с нами в вечные прятки" непостижимая истина Любви.

Приступим к собственно тексту второй части песни. Припевом, как уже говорилось, мы займемся в конце.

Анонс 3-го куплета

Yesterday, = Вчера

Мы уже знаем, что речь пойдет не о "вчера". а о "Вчера" – дивном событии и вызванной им трансформации сущности человека.

Картинка 3-го куплета.

love was such an easy game to play, = любовь была (раньше), как открытая забавная игра –потеха-охота,

Now I need a place to hide away = (а) сейчас (в новой версии игры-люьви) мне не обойтись без схрона, без сокрытия ; (перен.) (а) сейчас я испытываю (пребывая в любви) потребность в сокровенном
Это место - сосредоточие массы возможных комментариев. 1) Когда любишь человека по-настоящему, ты должен полюбить и его прошлое, его путь к тебе. 2)Когда любишь человека по-настоящему, твое отношение к самому себе углубляется, и поэтому тебе то и дело нужно "прятаться", т.е. уходить в свое прошлое, чтобы лучше понять свой путь.3) Коротко - настоящей любви тесно в настоящем.
Добавлю, что, возможно, во второй строке картинки англичанину слышится недосказанное устоявшееся в современной английской речи выражение to hide away treasure – "укрыть (сокрыть) сокровище", т.е. "сохранить бесценную тайну любви".

Фраза-подтверждение 3-го куплета.

Oh, I believe in yesterday, = О, я верую во Вчера mm mm mm mm mm.

Ну, а теперь, в финале нашего The tour in Yesterday, мы обратимся к припеву-рассказу. Это обычная love story , маленькая частность, но произошедшая на фоне большого события. Частность, возможно, даже сыгравшая роль последней капли, легкого толчка, вызвавшего лавину. Кстати, Леннон, выделяя именно эту частность как главное в тексте Yesterday (видимо, потому, что рассказ о ней звучит на протяжении песни дважды), был в корне неправ.

Why she had to go I don't know, she wouldn't say = Причина ее ухода мне непонятна, а сама она ее не захотела назвать. I said something wrong, = (возможно, наверное), я что-то не так сказал

Последнее, я думаю, похоже на рассеянное бормотание, как бы раздумья вслух, озадаченного человека, спешащего, стремящегося туда, где, как ему кажется, он разрешит стоящую перед ним задачу. И нам уже, конечно, понятно, куда он стремится - в открывшееся ему недавно Вчера:

Now I long for yesterday = Поэтому (сейчас) мне так необходимо попасть во Вчера

Возможно и такое понимание: "О как мне нужно (это) Вчера!" Здесь нужна консультация обладателя истинно английского уха.

(продолжение пишется)

"Вчера" и "Дурак на холме": две песни, два перевода. (продолжение 1)

Mon, 02 Mar 2009 20:33:36 GMT

Теперь немного (нет! - не немного, а сколько получится) слов о том, что с этими песнями для меня связано. Начну со "Вчера".

* * *

Самое известное, самое тиражированное произведение поп-музыки ХХ века - баллада Пола Маккартни "Yesterday" - это вовсе не сентиментальная, как это кажется при поверхностном ее восприятии, удобоваримая sweat funny song . Но многие считают ее именно такой. Кстати, сам сэр Джон при первом прослушивании назвал ее "розовыми соплями". Да и незадолго до своей гибели Джон Леннон называл эту песню бессмыслицей, смешением следствий и причин: "Она ушла, и он хочет, чтобы это было вчера - ничего больше... Замечательно, но я не хотел бы, чтобы эта песня была написана мной..."

Нет, здесь второй столп Битлз явно дал в штангу. Ведь если согласиться с ним, то выходит, что с 1965 года огромная (и думаю, не худшая) часть мира, время от времени слушающая Yesterday, прошу прощения, жует розовые сопли. Но в таком случае куда деть все то, что сделано этой частью мира за 43 года жизни рядом с Yesterday? Думаю, скорей всего, причина нелестных отзывов сэра Джона, Бог ему судья, в том, что он был ужален изнутри той маленькой змейкой, которая не дает жить в согласии с Драконом, – змейкой зависти к Дракону.

Так что же в себе несет эта "песня песней" ХХ столетия? Сначала - внешнее впечатление, складывающееся, так сказать, на пороге песни. Так вот, извне, не углубляясь в материю песни, кажется, что главная ее тема - это передача одного из тех пикового состояний, которые каждый человек испытывает по-своему, в разном возрасте, но только раз в жизни. В данном случае - это ощущаемое единожды, но навсегда, странное рассечение своей жизни.доселе казавшейся целостной, на прошлое и настоящее. На свое прошлое и свое настоящее. И именно потому, что это вобщем-то частное событие происходит с каждым, Yesterday можно считать песней с интегрирующей доминантой, в отличие от уединяющей человека песни Fool on the hill..

Что касается меня, то я испытал это ощущение перелома времени на 2-ом курсе, в 1967 году, когда, приехав на зимние каникулы из Харькова в свои Черкассы, как-то утром глянул на заснеженный двор детства и вдруг отчетливо понял, что здесь "царит мой час минувший" (взял в кавычки, потому что фактура оборота близка к фактуре Yesterday, - похоже, что я продолжаю подсознательно переводить эту песню).

Ну а теперь начнем вход вовнутрь "Yesterday". Причем начнем по библейскому канону - ab versum - от Слова, а именно: мы попробуем убедиться в том, слово [ yesterday = вчера ], во-первых, действительно, имеет прямое отношение к упомянутому перелому в ощущении человеком своего собственного времени, а во-вторых, что это слово - не столько название песни, сколько ее слово ключевое, открывающее суть не только самой баллады, а в известном смысле - и процесса ее рождения.

Начнем не с формы слова, а с его значения - "вчера". Во всех известных мне традициях вчера выступает как особый, уникальный день, день-межа, кордон меж прошлым и нынешним. Если прошлые дни считать черными (условно), а сегодняшний и все будущие – белыми, то день вчерашний - это единственный день, который будет окрашен в серый свет. Он еще живой в памяти, он еще напоминет себя какими-то незавершенными делами (в те далекие времена, когда закладывались основы нашей ментальности, пращур мыслил не пятилетками, а, как правило, двухдневками - вчера-сегодня). Поэтому вчерашний день - и нынешний, и прошлый водночасье.

А теперь давайте обобщим. – рассмотрим не день, а просто какой-то кусок течения времени нашей жизни, причем выбранный наугад. Маловероятно, что это будет начало или конец какого-нибудь нашего дела, занятия, - скорей всего мы попадем на течение, продолжение того, что уже начато. Причем, не исключением будет и время нашего сна, - ведь сон - это продолжение того, что началось в момент засыпания. Это как в линейном процессоре – скорей всего, он в выбранный наугад момент времени выполняет не begin, и не end, а do .

Далее. Очевидно, что каждое продолжение должно помнить свое "вчера", иначе собьется с пути, и поставленная цель не будет достигнута. (Иллюстрация: если правша хочет провести ровную горизонтальную черту на стене, он будет вести ее слева направо, чтобы правая рука с чертилкой не заслоняла ему "вчера", т.е. ближайший к чертилке кусок уже прочеренной части линии). Значит, "вчера" и "сегодня" связаны актуально, и в каждом нынешнем действии присутствует "вчера".

Но при этом "вчера" несет в себе и сущность прошлого, т.е. неизменяемость. Нельзя войти во вчера, что-то там перестроить и выйти, вернувшись в сегодня, разве что – с помощью машины времени.

Нет, действительно, это понятие чарует. Впрочем, его трудность понимания вовсе не означает наличие мистического-экзотерического. Просто трудно для понимания. Не более.

Кстати, понятие "вчера" в некотором смысле походит на … p-n переход в полупроводниках.(Саму параллель я сейчас раскрывать не буду, я использую ее в более походящем для этого тексте о дуальных этносах; обещаю, это будет интересно). Никакой мистики в p-n переходе нет, подтверждением тому - вся порожденная этим переходом современная инфоэлектроника, в том числе и Интернет, которым пользуются все мистики-экзотерики для своей тусовки..Но трудность понимания такой штуки как p-n переход, легко понять. А вот трудность понимания понятия "Вчера" понять трудно: чего тут особенного? – вчера, оно и есть вчера. Видимо, эта трудность понимания трудности понимания (не опечатка!), и есть причиной того, что ни в одном из, пожалуй, десяти просмотренных мною переводов я не нашел сколь-нибудь http://feb-web.ru/feb/mas/mas-abc/18/ma411407.htmвыразительного следа осознания того, что, собственно, является квинтэссенцией всей песни.

А ведь это Вчера, обретенное каждым в свой час, "серое" сретенье белого-настоящего и черного-прошлого, являющееся также и рассекающей, половинящей межой времени жизни, хорошо просматривается в известной многим лаконичной даосской формуле. Там это рождение Вчера можно соотнести с последней фазой развития модели мира:

"дао рождает один (ци), один рождает два (инь-ян), два рождает три (ван-ву), а три рождает всё, все вещи; все вещи несут за спиной инь и держат в руках ян.."

И действительно, два – это "черно-бел" – инь-ян. Значит три, рожденное ими – это серое. С другой стороны инь – это прошлое ( поэтому оно за спиной), а янь - настоящее (поэтому оно в руках). Значит, три, рожденное ими, это слияние прошлого и настоящего. То есть даосское три - это и есть "серый стык прошлого и настоящего", т.е. Вчера, воспетое Полом Маккартни.

"Вчера" и "Дурак на холме" - две песни, два перевода.

Mon, 02 Mar 2009 09:29:00 GMT

Когда писал недавний текст, посвященный понятию "дурак" (в самом широком смысле), вспомнил свой незаконченный перевод песни Beatles "Дурак на холме" ( Fool On The Hill), даже процитировал его. А вечером решил закончить - чего переводу пропадать? Да и дел-то всего - несколько последних строк перевести. Перевел. Получилось - не очень. Но петь можно.

Дальше - больше: решил обнародовать все свои пробы переводов песен своих кумиров.

Но: дальше - еще больше. Дело в том, что своими давними переводами из Битлз, как и текстами их оригиналов, я не занимался со времен их (переводов) появления. И вот сейчас, когда я, заматерелый служака и закоренелый обожатель нескольких мисс в туниках, взялся за свои перлы и соответствующие творения своих кумиров, возникло столько небызинтересных, а порой - прямо-таки таинственных связок, что не сплести из них довольно пространный опус для публикации означало бы сожрать самому, вместе со станиолью, как гашевский Балоун, весь офицерский паштет. Поэтому приступаю к плетиву.

Для начала короткая мемория о том, как я познакомился с авторами оригиналов.

Начало мемории.

Как сейчас, помню свою первую встречу с Битлз. 1964 год, март. Я в 10-м классе. Шагаю по синим лужицам подмерзшим, влюбленный весь и в новом плаще. Иду на школьный вечер, посвященный 8-му Марта. Там, я знаю, будет и Она (Ее звали Люда Е., – обозначаю ее имя ради нее сегодняшней, - если она это прочитает, ей будет приятно знать, что кое у кого в башке она - все та же лань длинноногая, такая точно, как 44 года назад) - одна из тех, кого мы называем "первая любовь". Первая, потому что все предыдущие с ее появлением как бы стираются, исчезают. И остается только Она. Первая.

Дорога в школу мне всегда нравилась, но не потому, что я любил ходить на уроки (в классе я носил гордое имя "Сачок", а в выпускном - даже "Сак"). Дело в том, что последних два квартала моего маршрута я шагал той самой дорогой, которую 60 лет назад каждое утро проходила моя прелюбимая бабушка, тогда юная гимназистка Шура Ващенко. Кстати, здание женской гимназии, где размещалась моя школа - ЧСШ №4, было самым внушительным, самым красивым из зданий дореволюционных Черкасс.

Итак, я шел - весной, влюбленный, разодетый, полный прекрасных мыслей о прошлом и настоящем. И, казалось, мне ничего не нужно. Но…

Когда я вошел в гулкий корридор нашей фамильной альма матер, тут, как нарочно, в радиорубке врубили очередной музон (вечер уже был в полном разгаре). Эта была песня, слова которой не понять было невозможно "… she loves you - yeh!-yeh!-yeh! …" и все это в море музыки - простой, как бы уже слышанной, и в то же время - совершенно новой. И, услышав все это, я обомлел. Это было то, чего не хватало, - ощущения огромного, как океан, мира с корабликом любви, каким-то чудом, вмещающий в себя и сам океан.

Я, не раздеваясь, кинулся в радиорубку: "Кто это? Что это?" - "Ты, что, не знаешь?! Это же "битлы"!". Я ничего не понял, но уточнять не стал. Что ж, моя осведомленность с новинками музыки и в юности оставляла желать лучшего. Но я не стыжусь своей темноты. Напротив. Ведь лучшая встреча с предметом своего обожания - встреча неожиданная, встреча один на один. Даже в темноте. А мы так и встретились.

Конец мемории.

Переводов песен Битлз у меня совсем немного. Для начала я выбрал два, добавив к переводу "Fool on the hill", перевод текста "Yesterday". Переводы эти очень разнятся между собой, как, кстати, разнятся меж собой и сами песни. Но о песнях - позже, сейчас - несколько слов о переводах.

Перевод "Вчера", даже не перевод, а безыскусный пересказ вызванных прекрасной музыки потоком алюзий и понятых обрывков смысла, появился на свет в 1968 году, когда я: ловил рыбу, играл в футбол, а главное - изо всех сил старался проникнуть в тот мир, где на пороге - лемма Бореля, принцип наименьшего действия и уравнение Шредингера. Редактируя этот пересказ сейчас, спустя 40 лет, я лишь вставил одну новую строку, со словом "хит", потому что исходный вариант строки ("как же я могу его забыть") выходил даже за рамки заранее обозначенной безыскусности опуса.

Перевод "Дурака на холме" был почти полностью написан где-то в году 1986-ом., когда я практически свернул свою точно-научную деятельность (не бесследную: 4 работы издал, две, вроде, по-настоящему новаторских), и вовсю занялся гуманитарной переквалификацией (раньше занятия гуманитарными штудиями были неэффективны - почти все было закрыто, и решительно все - цензурировано). В это время я уже имел небольшие серебряные поэтические мозоли (хотя тогда я мог только догадываться об этом, - ведь каких-то пяти лет корпения над виршами слишком мало для адекватной самооценки), поэтому перевод и вышел более-менее "несгораемым".

Публикую для начала оба перевода. Оригинал "Вчера" не помещаю, он достаточно известен и так. Кстати, эти и другие переводы ( в т.ч. и некоторых других авторов) я размещаю на сайте "Анатолий Секретарев. Стихи – Ру"

***************************************************

Fool On The Hill Дурак на холме.

Day after day, alone on the hill, Катятся дни, а он на холме

The man with the foolish grin is keeping perfectly still. с дурацкой ухмылкой сидит, спокоен вполне.

But nobody wants to know him, Никто с ним не хочет знаться

They can see that he's just a fool. все они говорят – "дурак!",

And he never gives an answer ..... а он им в ответ ни слова:

But the fool on the hill,                                                  он - дурак на холме;
Sees the sun going down.                                             он глядит на закат,
And the eyes in his head,                                              и зрачки его глаз

See the world spinning around. за вселенной следят.

Well on his way, his head in a cloud, Славно живет, - голова в облаках.

The man of a thousand voices, talking perfectly loud. И он говорит порой на ста языках,

But nobody ever hears him, но уши людей не слышат,

Or the sound he appears to make. что губы его твердят;

And he never seems to notice ..... он толком и сам не знает:

See the world spinning around. за вселенной следят.

And nobody seems to like him, Он молчит о своих желаньях,

They can tell what he wants to do. а они болтают о них.

And he never shows his feelings, Потому их так раздражает

But the fool on the hill,                                                    он - дурак на холме;
Sees the sun going down.                                               он глядит на закат,
And the eyes in his head,                                                и зрачки его глаз

See the world spinning around. за вселенной следят.

And he never listen to them Он глух к ним, поскольку считает

He knows that they're the fools дураками других людей.

But they don't like him а их, увы, занимает

But the fool on the hill,                                                    он - дурак на холме;
Sees the sun going down.                                               он глядит на закат,
And the eyes in his head,                                                и зрачки его глаз

See the world spinning around. за вселенной следят.

Перевод песни А. Секретарева

****************************************************************

Всё – вчера.

Этот день, - Та любовь.

он, наверное, волшебным был: Та любовь, что потерял в пути, -

все, о чем уже давно забыл, завтра я ее смогу найти, -

я снова вспомнил в этот день. ведь мы расстались лишь вчера

Всё вчера, Смех друзей

это было всё со мной вчера, песней в памяти моей звучит,

словно прожитое всё за день это - хит, наш самый новый хит, -

передо мной прошло, как тень. ведь мы смеялись лишь вчера.

Нет, нет, Нет, нет,

я не верю листкам календаря. я не верю листкам календаря.

Дни, годы и недели – Дни, годы и недели –

всё встретилось вчера. всё встретилось вчера.

Вариация на тему песни П. Маккартни " Yesterday" А.Секретарева (1968-2009).

(продолжение, где речь пойдет об оригиналах, сейчас пишу)

Дурак на холме: мудрец или глупец?

Thu, 26 Feb 2009 20:37:23 GMT

Вчера в ЖЖ своего совсем нового френда stmd (хороший, кстати, журнал - живой и крепкий) прочитал запись-размышление о сути понятия "дурак". Стал писать комментарий, но неправильно его отослал. И это было, видимо, знаком. Дело в том, что комментарий вышел неплохой. Поэтому во второй раз я решил набрать его в своем ЖЖ, - пусть и другие почитают.

Итак, исходная посылка: человек смотрит, и уже долго смотрит фильм, сознавая при этом, что фильм дурацкий, т.е. снят для дураков. И тут вспыхивает в человеке думка тревожная: а что, если происходящее сейчас с ним, - не что иное, как подтверждение точности адресации произведения?

Восстанавливаю свой комментарий по памяти, добавляя к нему много чего еще.

Слово "дурак" и схожие с ним формой слова с оновой d*_ae_r_ae_g*_ae на восточных языках, в т..ч. на тюркских, в частности - на турецком, имеют своим значением и такое понятие как "остановка". Иосиф Бродский, которого к поклонникам Востока не отнести никак (да и жару он, по причине слабого сердца, не любил), попав в Стамбул, отметил (не без злорадства), что слово означенное было раскидано по всем всюдам стамбульским, красуясь на каждой табличке у остановок общественного транспорта. Но Иосиф особой эдукацией не страдал, чутьем больше брал, талантом своим огромным. Посему и неведомо было ему, что, скажем, молдавский воевода Дурак (персонаж вовсе не вымышленный) самоназывался с чувством глубокого удовлетворения, сознавая при этом, что смысл его прозвания - то, что на современном арго звучит как "тормоз". А вот и вопрос для "что-где-когда": почему молдавскому воеводе Дураку своя фамилия со значением "остановка" нравилась? Время пошло...

"... Где дураком-остановкой быть почетно? Там, где движения - хоть залейся. Взять хотя бы автоинспектора, а то и таможенника. Но ведь воевода-то автоинспекторомг быть никак не мог! Почему не мог? Мог, да еще как мог! Только тормозил он не жалкие "мерсы", а караваны, - я, как одессит и Борис Бурда, точно знаю, что вся знать молдавская, как и тюркская, на караванных путях сидела и имела на этом приличную копейку. - Бамм-мм! Отвечает Борис Бурда, отвечает и приносит победу знатокам!"

Ну, а теперь давайте теперь порассуждаем без суеты. Ведь тема "дурак-остановка - негатив это или позитив?" того стоит.

Здесь можно запустить "Fool on the hill" Beatles. Я даже как-то перевел ее: "Катятся дни, а он на холме, с дурацкой ухмылкой, сидит - спокоен вполне..."
Так вот, слушая этот меланхоличный, возможно, самый красивый на свете гимн дураку-царю покоя, вокруг которого вертится мир, подумаем, а есть ли альтернатива этому упоительно-пассивному созерцанию, явно восточного толка? Кстати, действительно восточного: я заглянул в "Википедию" и узнал, что Поль Маккартни связывает героя этой песни с супер-йогом Махариши, человеком, который, судя по перечню его трудов, знает решительно все (хотя, возможно, ему составит здесь конкуренцию наш человек из Кемерово).

Но не стоит думать, что примат покоя и примат движения - это извечные доминанты Востока и Запада. Нет, - на Востоке есть и Дао , и Де Дао, также, как на Западе - Правда и Стыд (это, по Платону, "дары Зевса" которые люди получили после даров Прометея). В обеих парах первое - это мудрость как инициация движения, творческого, углубляющего гармонию мироздания, второе - мудрость как, напротив, осмысленное прекращение движения (прежде всего своего собственного действия) в результате осознания его разрушительности.

Возвращаясь к "дураку-остановке", заметим, что тут ему будут соответствоать Де Дао и Стыд. Рассмотрим поподробней Стыд - более близкую нам - западную - реализацию понятия. Тут надо напомнить, что дары Зевса были посланы людям, чтобы те смогли жить в городах, т.е. чтобы успешно сосуществовать в одном составном поселении, быть частями одного социального организма, не будучи при этом связанными родовыми узами. Так вот, если Правду понимать здесь как осмысленное, целенаправаленное движение, то понятно, что без противодействия со стороны Стыда-остановки такое проживание невозможно. И действительно, ведь правда, как говорится у каждого своя, - поэтому каждый род, нет, - клан (употребим этот термин, чтобы усилить намечающуюся параллель с современным положением дел в наших социальных организмах) будет тянуть общий воз в свою стихию, и остановить это лучше всего может Стыд. Именно он заставляет человека, чересчур увлекшегося своей Правдой-движением, сказать себе "Стой, дурак!", что, как мы уже знаем, одно и то же.

Отступ.
Можно рассмотреть и другие реализации понятий "покой" и "движение", например, из западных - хорошо известную германо-скандинавскую триаду "Тор - Один - Тюр". Знаком этой триады можно следующее троистое сооружение.
Во-первых, это пара столбов, каждый из которых можно считать символом стабильности, покоя. Можно сказать и пара "дураков, глупцов" - на германских языках слова с основой t_ae_r обозначали понятия "столб", "ворота (как пара столбов" и "глупец" (сравн. с совр.нем. tor = ворота; глупец).
А вот в середине между "торами" покоя уже не было, - здесь помещалась та или иная реализация идеи движения. Это могла быть связка-дорога, т.е. все движение (тогда один "тор" соответствовал началу движения, а второй - концу). Это мог быть один перегон, часть движения - от "тора до тора","от дурака до дурака", "от болвана (каменного или деревянного) до болвана" - если столбы стояли на "проторенном" пути (аналог - "столбовая" дорога). Если же столбы были опорами ворот, то тут движение понималось как проход между ними.

И все эти формы движения в германо-скандинавской мифологии олицетворял бог необычайно динамичный и в то же время являющийся носителем мудрости - "серединный" Один-Вотан. Два же других, "крайних" божества триады - Тор и Тюр - очень близки между собой и символизируют, скорее, не кинетическую, а потенциальную энергию, а в смысле разумных качеств, то если не глупость, то бесхитростную простоту.

Итак, как видим, здесь мудрость четко ассоциируется с движением, а недалекость - со статичностью. Это и неудивительно. Трудно найти более динамичную традицию, чем традиция неуемных мореплавателей-викингов, которые, конечно, были законодателями всех мод в германо-скандинавской ментальности раннего средневековья.

Конец отступа.

Вобщем, выходит, что позитив и негатив нужно искать не в мобильности или в статичности самих по себе, а в их соответствии состоянию мира вокруг того, кто совершает выбор. Поэтому (возвращаясь к парам Запад-Восток, динамичность-статичность) есди в какие-то времена на Востоке состояние тамошнего мира требовало больше покоя, чем движения, а на Западе (как в случае с викингами) - наоборот. то в равной степени были проявлением мудрости и восточная статичность, и западный динамизм.

На этом можно было бы и закончить, но явно повисает и требует ответа неразрешенный вопрос: а существуют ли какие-то более абстрактные понятия, чем "покой" и "движение", пользуясь которыми можно конструктивно описать ситуации, в которых мудрость означает прежде всего покой или же, напротив, движение?

Существуют. Этими понятиями есть соотношение между количеством объектов в окружающем мире и количеством связей между ними. Если связи между объектами практически отсутствуют, т.е. все независимы друг от друга, то эти объекты, если природа их одинакова, а среда достаточно однородна, будут вобщем-то сильно схожими меж собой. Тогда мудрец в таком мире, познав его однородную сущность, говорит себе - нет смысла блуждать, если глазам твоим открывается одно и то же. Вот тогда-то покой и становится проявлением мудрости. И мудрость эта полна печали.

Полное открытий путешествие в прошлое, затеянное всего лишь как поиск смысла двух давних максим

Wed, 18 Feb 2009 08:16:40 GMT

Туманность Menzel 3 (по фамилии открывателя) или «Туманность Муравья». Телескоп Хаббл. 2001.

Этот текст, по мере его написания, будет «популярной» демонстрацией и некоторых аспектов моей методики исследований, и некоторых полученных новых результатов. Его содержание можно отнести к таким разделам "Заметок по онтологии":

** Антиойкумена.

** Системы размежеваний территорий и упорядочения важных дорог.

** Cистемы счета с "открытой" и "замкнутой" еденицей. "Круглые" числа.

** Дипольная организация давних этносов. "Оседлые и блуждающие", "горние и низинные"народы как сообщества с превалированием, соответственно, циркумполярных и гетерогенных структур в их ментальности След этого деления в существовании современных наций с "сухопутной" и "морской" ментальностью.

Внимание! Список цитируемой литературы будет помещаться в конце последней опубликованной части текста.

Итак, две максимы. Первая - это русская пословица, которую в своем знаменитом словаре приводит В. И. Даль (в статье "Кабак"): "Два кабака на селе, а церковь на горе". Согласитесь, пословица загадочная. Я не раз пытался ее понять, но удалось это, как мне кажется, тогда, когда я разобрался еще с одной, тоже поначалу весьма туманной, максимой, на этот раз - тюркской: "Без тата (т.е. без того. кто называется "тат") тюрка не бывает, без головы шапки не бывает".

От какой из двух максим мы двинемся в путь? Думаю, от русской.

…"Два кабака на селе, а церковь на горе". Начнем с того, что село в русской традиции - это поселение составное, тогда как "деревня" - это поселение, так сказать, целостное, как бы неделимое (меньше не бывает), своеобразный атом-монада древнего территориально-административного устройства.

А что же здесь обозначает слово "кабак"? Вовсе не то, что сразу приходит на ум, хотя в остальных приведенных В.И. Далем пословицах и оборотах со словом "кабак", четко проглядывается ожидаемый смысл - "питейный дом", "шинок". И только наша максима как-то не вписывется в это определение. Впрочем, не только она. Даль приводит еще один, тоже странноватый, синоним "кабака" - "Иван Ёлкин". Но о нем позже.

Венемся к нашим "кабакам". Почему их два? Давайте вспомним, что село - поселение составное. А что может служить доминантой каждой части? Неужели забегаловка? Конечно, нет. Ворота. Если на селе одни ворота, то это уже не село, потому что село состоит. как минимум, из двух частей, а каждая часть должна иметь свой выход-вход, иначе это уже не часть, а кусок целого. Значит, у села должно быть не менее двух ворот.

Тут пора заметить, что наше путешествие направлено в архаичные времена, т.е. в те, когда еще не существовало семей даже в средневековом смысле этого слова, во времена, когда люди жили родами. Если посмотреть на планы древних городищ "досемейных времен", то мы увидим, что многие из них представляют собой пары сомкнутых обвалованных, часто весьма обширных жилых делянок, каждая из которых, кстати, имеет свои ворота.

Кстати, в архаичной ментальности понятия "отдельная часть поселения", "выделенное обводом пространство" и "ворота" были тесно связаны. И вот почему. Граница - вал, стена - это важнейший, определяющий элемент всей делянки, всего "выделенного" этой границей участка территории, а ворота, в свою очередь, - это главный элемент самой границы. Значит, ворота можно считать уже не просто главным, а наиглавнейшим элементом всего замкнутого участка. Именно поэтому в древних языках и сама ограниченная делянка, и ее граница, и специально устроенный проход в этой границе, как правило, обозначались одним универсальным словом или семейством похожих слов с общей основой. Кстати, если обваловка городища была в плане ломаной, а не плавной дугой, то появлялось еще одно приметное место постройки - угол, стык двух линейных участков границы. И это понятие также входило в спектр значений того самого слова-универсума. Причем такая полисемия (т.е. многозначность) слов бытовала в языках еще совсем недавно. Например, в южнорусских актах XIV-XV ст. слово "хотар, хутар, хотор" употреблялось в значениях: 1) межа, межевой обвод; 2) обведенная этим обводом территория; 3) межевой знак (который обязательно выставлялся на стыках, углах обвода); 4) отдельная усадьба с прилегающими угодьями - *Дж18.1, ІІ, 513.*

Слово "хутор" имеет своей основой консонантную морфему (т.е. определенную последовательность нескольких вариируемых фонем - звуков речи, причем консонант - фонем согласных; гласные в таком "скелете" слов не учитываются, они слишком варибельны) g*_ae_d*_ae_r_ae . Обратим внимание на пару всем известных славянских и не только славянских слов "двор", "табор", "двери", где также наблюдается подобная полисемия (сближаются понятия "ограниченная делянка" и "проход в нее ведущий"), но уже для морфоосновы d*_ae_b*_ae_r_ae . В евразийских языках существует огромное количество слов с этими и другими легковыговариваемыми морфоосновами, в значениях которых превалируют понятия, связанные с обустройством территории, в первую очередь, жилой, скажем так - стоянки.

Именно к такому разряду слов следует отнести слово "кабак" из нашей отправной максимы, видимо очень давней, относящейся к тем временам, когда еще не существовало торговли горячительными напитками (их изготовляли сообща и только на праздники). Так вот, в те времена слово "кабак" на Руси, по крайней мере, восточной, той, что поближе к тюркам, имело спектр значений тот же самый, связанный с обустройством стоянки. Доминантой этого спектра было, как правило, значение "ворота". Кстати, практически во всех тюркских языках наиболее употребляемые синонимы со значением "ворота" имеют ту же морфооснову, что и слово "кабак" - g*_ae_b*_ae_g*_ae : k_a_p_k_a (кирг., татар., марийск.); h_a_p_h_a (чувашск.); h_a_p_k_a (татр. (казанск)). А вот и полное совпадение: k_a_b_a_k__(карачаево-черкеск.) - 1) ворота; 2) деревня .

Итак, содержание начальной половины нашей максимы стало понятным: "двое ворот на селе". Забегая вперед, можно предположить, что вся максима выражала суть устройства "села", т.е. простейшего составного поселения: "У села всегда двое ворот, а храм, святилище - на возвышении".

Итак, в традиции Руси доминантой составного села, прообраза будущих городов, считалось наличие двух (или не мене, чем двух) ворот.

Но, понятно, конечно, что такую структуру изобрели не на Руси, и ни в какой-нибудь другой традиции. Поселение-двуворотье ( по-гречески это звучит как "дипилон") или его развития - поселение-многоворотье (по-гречески "мегаполис") неизбежно - рано или поздно - появится в любой традиции, как только ее развитие достигнет определенного уровня.

Был, кстати, свой "дипилон" и в Древних Афинах. Но это не двое отдельных ворот, а ворота сдвоенные, из двух половинок, чтобы сохранить их двойную принадлежность обеим общинам, населяющим "двуворотье". Такое смыкание ворот происходило тогда, когда "двуворотья" начали воевать друг с другом: разнесенные по периметру ворота защищать трудно, поэтому их совмещали. Получалось что-то вроде парадного входа в дом с двумя хозяевами.

Значит "ди-(двое) - пилон (ворот)" - это все равно, что "два кабака", ну а древнегреческой параллелью к "церковь на горе" - будет "Акрополь над Агорой". Кто знает, возможно, приведенная Далем пословица - это перевод греческой максимы, сделанный каким-нибудь греком, прибывшем на Русь и увидевшим, что устройство "варварских" поселений-городищ по сути своей схоже с устройством городов его родины.

Ну что ж, вот она первая неожиданная встреча с неведомым, тем самым - таниственным и простым миром архаичной ментальности. Ведь наше путешествие в прошлое уже привело нас (и так будет еще и еще, обещаю!) к тому, что гораздо важней, чем повод, из-за которого путешествие затевалось. Что-то наподобие: "…однажды вечером я вышел из дому, чтобы купить спичек…".

И действительно, анализируя устройство составных поселений, мы прикоснулись к тому, что можно назвать устройством типичной "вселенной" в ментальности нашего далекого предка. Ведь чем, как не вселенной-ойкуменой для пращура (причем куда более далекого, чем древние греки: многосекционные жилища, которые часто, кстати, располагаются парами, появились ок.40 тыс. ле назад!) и его небольшого сообщества являлся островок "своей" обжитой территории-стоянки, где безопасно, где можно найти тепло, пропитание, где можно почувствовать себя в другом… Обратим внимание на последний пассаж. Уверен, это глубинное стремление увидеть себя в другом (а, увидев, узнать, познать - и себя, и другого), и есть то, что фактически и являет сущность Homo sapiens sapiens (это научное название современного, кроманьонского человека, неантропа можно трактовать так - "человек, разумеющий, что он разумный"). И именно это стремление быть рядом к себе подобным и было главным фактором, определившим дуальную структуру и этой типичной ойкумены, и, вообще, всего мышления неантропа, то есть и нашего с вами.

(продолжение потихоньку грядет)

Список цитируемой литературы.

*Дж18.1. Словник староукраїнської мови. XIV-XV ст. Т.І-ІІ. - Київ, 1977-1978.*

пара стихотворений, созвучных моим онтологическим заметкам (или работе над ними)

Mon, 16 Feb 2009 12:41:07 GMT

Брейгель Мужицкий. Охотники на снегу.

Охота кончилась. На снег

ложится пес и жадно дышит.

В камзоле красном человек

ползет по склону, как по крыше.

У зверя между глаз дыра,

клеймо предсмертного прозренья.

Как своевременна пора

усталости и возвращенья.

Назад, по рытвинам следов,

по напрочь выбитому полю,

вдоль измочаленных кустов,

по пятнам выхарканной крови,

мы возвращаемся назад,

и нам с пути никак не сбиться.

Вот лес перерастает в сад,

мы в балахоны прячем лица,

чтоб дух жилья и тень креста

не бередили наши души.

У крайней мызы суета,

солома, дым, свиная туша.

Дворняга вертится у ног,

ей в лес заказана дорога.

Встречай, хозяйка, твой стрелок

вернулся цел, - и слава Богу.

1983.

. * * *

Попытка дописать давнее стихотворение.

Заливы, рукава и острова

затянуты предутренним туманом.

Днепр задремал - до самого лимана.

Сухой октябрь стоял на Покрова.

Уже морозец щупал острие,

но ток воды еще был живоплотным.

И барка, ночью севшая на отмель,

не торопилась покидать ее

Спят хутора, и не видать людей,

и некому сейчас позубоскалить

над тем, как собирается рыбалить

нерасторпный киевский спудей.

Вот перемёт распутан наконец,

он оттолкнулся, но забыл второе

весло на берегу…

Его отец

за ним бы не вернулся, он дурное

стремление с движением назад

увязывал и избегал возвратов.

Да, кстати, он и Карла променад

по Украине посчитал откатом

в те времена, когда московский царь

был больше азиат, чем европеец.

Теперь там Петр и рать его. И в старь

возврата нет. Нет-нет, он не гвардеец

семеновский, а сотник степовой,

Украйны сын, ко всем царям байдужый.

Но, вроде, не с порожней головой.

Его совет был и Мазепе нужен,

пока тот не наметил путь в цари,

не осознав, что "царство Украина"

звучит смешно, как "эллин из Твери".

Какое царство! Выучить бы сына,

чтобы хоть как-то к Новым временам

приноровить рост собственного рода.

Дай, Боже, - нет, не нам, хотя б сынам

найти тот путь для своего народа,

идя которым, можно в мир нести,

как Днепр несет живительную влагу,

то, что приятней дать, чем обрести,

(для сильного, конечно), то есть – благо…

(продолжение потихоньку грядет...)

Онтолог. заметки. Тема: Антиойкумена:"жилище мертвых", антиподное ойкумене, "жилищу живых".

Sun, 15 Feb 2009 19:51:09 GMT

План текста.

Вступление. Антиподность как основа всех архаичных представлений о потустороннем мире.

Почему "горбатого могила исправит" и зачем нужно "бить горшки".

Исключительно информативное описание сущности и устройства архаичной антиойкумены как антипода миру земному, дошедшее до нас в мифологиях народов Северной Евразии.

Примеры захоронений с нарушенной целостностью скелета и врожденными увечьями погребенных (список будет дополнен).

Возможные причины возникновения захоронений увечных или искалеченных людей. Установка "магического единства организма".

Замечание о методах исследования происхождения слов и выражений. "Формальная" этимология, ведущая зачастую к выводам типа "наше лучше (древнее) всех". Пример относительно корректного предположения об антиподной сущности такого персонажа как Лилит.

Установка "тотальной экзистенции" как развитие установки магической целостности организма, составного сотворенного предмета (еше пишется)

Связь антиойкумены и культа первопредка, вождя-креатора (причем, как правило, также с яркими выявлениями антиподности).

Мораль и антиойкумена. "Расщепление" антиойкумены и возникновение "жилища праведных мертвых" и "жилища неправедных мертвых".

Ритуал создания архаичным сообществом "своего" "земногого неземного мира" как интегратор человечества в континентальных масштабах в эпоху орудий и эпоху символов.(пока на украинском языке, переведу позже).

Заключение. Некоторые выводы о роли идеи антипода земному миру - антиойкумены в развитии человечества.

Литература.

Вступление. Концепция "в загробном мире все наоборот", с одной стороны, общеизвестна, но воспринимается она чаще как парадокс, забавный или вселяющий ужас. В то же время именно антиподность, причем в самом широком смысле, как увидим ниже, и была основой всех архаичных представлений о потустороннем мире.

Почему "горбатого могила исправит" и зачем нужно "бить горшки".

В качестве "интригующего начала" приведу несколько пассажей.

Идиома "горбатого могила исправит" сейчас используется для выражения несбыточности. Но это сейчас. А для подавляющего большинства наших далеких предков (вспомним, кстати, Конька-Горбунка) это было несомненной истиной. Тот, кто горбат здесь, станег красавцем там, в лучшем мире или посредством его вмешательства (да простят мою бесцермонность читатели, страдающие физическими недостатками; уповаю на их духовность, это поглавней физического состояния)

А вот еще одна идиома. "Побить горшки". Заглянул в Гугль с этим оборотом, . и первое, что увидел: на иврите это звучит как "лишбор келим" и означает "рассориться окончательно и бесповоротно" (позаимствовано на сайте "Луговсариум" , автор которого выводит этот оборот из Каббалы).

Могу с ним поспорить. Я лично держал осколки горшков, побитых 5 тысяч лет тому назад, причем не просто побитых, а со значением, - тем самым, которое сейчас уже почти утеряно. Дело происходило в селе Селище Тывровского района Винницкой области, на надбужском холме, чья земля буквально нафарширована битой керамикой - трипольской, скифской, готской, славянской. Но с этими чрепками все понятно, можно сказать, что их побило время. Но я о черепках других - достаточно аккуратно сложенных друг на друга и помещенных огромной стопокой в довольно глубокую яму. Это странное аккуратное хранилище "битых горшков" я обнаружил случайно, когда, идя с рыбалки, заметил торчащие из стенки свежевырытой канавы (село газифицировали) несколько черепков. Да еше каких! Когда на следующий день я прибыл туда со своим другом, профессиональным и удачливым археологом Володей Прилипко, то первое, что он сказал, было - "царская посуда". Так на архелогическом арго назывались явно ритуальные трипольские гончарные изделия - огромные расписные блюда, большие серые горшки, слегка обожженные (поскольку не были предназначены для стряпни), но зато покрытые тончайшей лепной орнаментировкой, прямо-таки кружевной. Так вот, теперь я точно знаю, для чего били такую керамическую роскошь трипольцы: они отсылали ежегодные праздничные подарки свои предкам, в антиойкумену, где все наоборот, и посему слабообоженный, хрупкий, да еще разбитый горшок там, в жилище мертвых, превращался в необычайно прочный и, естественно, целый сосуд. Вот писал это, и понял, почему наши более близкие предки без всякого сожаления разбивали друг о друга писанки - с таким старанием раскрашенные куриные яйца, - это тоже было что-то вроде подарка предкам. А, может быть, и письма?

b_u_n_i` , b_u_l_i` , b_u_k_i`_t__(северо-азийские языки) – загробный мир в тунгусо-маньчжурской мифологии. Отверстие, ведущее туда, открыл шаман Хадау или его сын Мани, заменив котел, который прикрывал это отверстие, котлом дырявым. Этим была установлена нормальная циркуляция душ, и мир земной был избавлен от угрозы перенаселения. Души умерших переправлялись в Буни шаманом или духами-помощниками шамана, причем обряд переселения происходил через год после смерти. В Буни все, что в это мире выявляется как плохое, становится добрым, позитивным, поэтому погребальный инвентарь специально портился: посуда разбивалась, орудия ломались, одежда рвалась. Эта антиподность Буни земному миру выражалась и в том, что живой человек, попавший туда, видит лишь мрак и еле заметное солнце. При этом и сам живой человек невидим обитателям Буни, и прикосновения к нему для них вредоносны. Вернуть живого человека, попавшего в Буни, может только шаман. Все это относится и к обитателя Буни, очутившемуся в мире земном. Обитатели Буни, согласно одним мифологиям, занимаются тем же, что и обитатели земного мира - ловят рыбу, охотятся, строят жилища, согласно другим - все время танцуют. - *Пр52.3, 103.*

Все, что вы сейчас прочитали, можно в большой мере рассматривать как консервант ментальности наших далеких предков, первых кроманьонцев, представителей того типа разумных существ - неантропов, к которому принадлежат современные люди. Так что тому, кто интересуется корнями ментальности неантропа, надо обращаться не к Вавилону и пресловутым египетским пирамидам (это все продукция в историческом масштабе нелдавняя), а к эпосу и обычаям северных народов. И вот почему. Первые антиойкумены, т.е. сотворенные людьми "жилища мертвых", около 30 000 и более лет назад, такие, как всемирно известное захоронение на палеолитической стоянке Сунгирь (Владимирская обл., Россия), как и первые сотворенные человеком символы и произведения искусства, появились в окололедниковых поясах ледниковой эпохи. Климатические условия проживания в этих поясах были близки к тем, в которых живут нынешние северные народы - носители той самой первичной культуры, из которой и произошел наш современный мир с его небывалыми успехами и проблемами. Так что благодаря тому, что часть обитателей перигляциальных территорий во время таяния континентальных ледников (прибл. 10 тыс. лет тому назад) в силу тех или иных причин стала мигрировать так, чтобы сохранить привычные условия проживания, мы и имеем сегодня бесценный по своей информативной значимости живой мостик, связывающий ментальности XXIвека и тридцатитысячелетней давности.

Замечу, что исследуя материальные, эпические, мифологические памятники архаичных культур, я не раз поражался тому, как много установок архаичной ментальности в полную силу действуют и в наши дни.

Внимание! Далее пока фрагментарно, но в течение ближайших днй я закрою в теме лекций "Антиойкумена" все бреши.

Онтологические заметки. Тема: Антиойкумена (продолжение 1)

Sun, 15 Feb 2009 19:45:09 GMT

Примеры захоронений с нарушенной целостностью скелета и врожденными увечьями погребенных.

(будет пополнен)

Дольни-Вестонице (Моравия, Чехия). Возраст по углероду 26 640 ± 110 лет тому назад (радиоуглеродное датирование произведено в 1995 т. В тройном захоронении только средний скелет, помещенный между скелетами двох молодых мужчин, обладает ярко выраженной врожденной патологией (искривленность, неодинаковое развитие кончностей). Пол этого скелета установить не удалось, но косвенные признаки свидетельствуют о том, что это женщина.

Источник: Пр 271. Vincenzo Formicola. From the Sunghir Children to the Romito Dwarf (Aspects of the Upper Paleolithic Funerary Landscape). Department of Biology, University of Pisa. - 2005.

Отступ.

M_a_n_a , M_a_n_a_l_a , T_u_o_n_i , T_u_o_n_e_l_a_(финск.) – различные параллельно употребляемые слова, каждое из котрых означало и название загробного мира, и имена его выдающихся обитателей, и название реки, отделяющей этот мир от потустореннего. Загробный мир (будем использовать морфооснову "мани") Мани раположен на севере; это темное и холодное подворье. Река Мани течет в глубоком ущелье, ее течение - поток мечей и копий (вспомним скальдический кённинг "война = дождь стрел"), окунуться в нее означает погибнуть. Перевозит в мир Мани через реку Мани девушка с именем Мани. - *Пр52.3, 337*.

Я привел эту информацию из "Мифологического словаря", чтобы проиллюстровать текстом содержимое Дольне-Вестоницевского захоронения. А именно - с ролью женщины как мостика между этим и тем мирами вполне согласуется серединное положение особого скелета. Увечья же, связывающие оба мира служат дополнительным аргументом в пользу функции этой серединной "харонессы".

Ну а нечаянно вспомнившийся кённинг сразу повлек за собой ассоциативную связку понятий :"война как гибельная межа - контрастная граница - смерть как переход из ойкумены в антиойкумену". Эта связка, в свою очередь. привела к неоднократно упоминаемым в древнерусских летописях кордонным ристалищам - Перепетовому полю, Калкам. Место, где периодически происходили сражения противостоящих этносов, было весьма подходящим для размещения антиойкумен. Именно поэтому в летописях часто употребляется термин "на костехъ", когда речь идет о таком традиционном кордонном сражении

Конец отступа.

. * * *

Относящиеся к бронзовому веку захоронения с нарушениями цельности и сочлененности костяка на территории Самарской, Оренбургской областей и Татарстана, Мордовии и Чувашии

В исследованных более чем двух тысячах захоронений имеются 49 погребений с рассечением (в том числе и партитивные, т.е. захоронения отдельных частей тела),что составило составили 2,1%. и 34 (1, 46 %) погребения, которые названы вторичными (это погребения останков с полностью или практически полностью измененным порядеком расположения частей склелета)

Источник : *Вопросы археологии Урала и Поволжья. Вып. 2. Самара, 2004. С. 172 - 174.*

Характерно, что захоронения с нарушенной целостностью останков распределены по всему обширному ареалу равномерно. Это говорит о том, что нарушение целостности останков не являлось каким-то локальным обычаем, а было присуще (очевидно, как особо яркое выявление антиподной сущности антойкумены) архаичному сакралу во всем ареале. Скорее, такие особые захоронения были "центральными антиойкуменами" определенного региона, вокруг которого располагались подчиненные подобные святилища более низкого ранга.

Мы сейчас увидим, что установка "магического единства организма" играла определяющую роль в сохдании культа антиойкумены.

Во-первых, отметим, что такая установка имела в ментальности предка естественную базу - инстикт самосохранения. Но инстиктом самосохранения обладают и неразумные животные. Так что кроме этой, возможно необходимой, но никак не достаточной базы, нужна еще какая-то сугубо "человеческая" мотивация.

Так вот, появлению установки "магической целостности" могло способствовать то, что в "эпоху орудий" разум человека был направлен на усвоение набора алгоритмов, определяющих развертывание различных многофазных процессов, прежде всего, - изготовления составных искусственных предметов - орудий, жилищ, ловушек, от которых сильно зависело существование человека.

Отступ.

Термином "эпоха орудий" мы обозначим период (окончившийся прибл. 30 000 лет назад), когда все творческие усилия человека носили сугубо утилитарный характер, Сменила эту эпоху эпоха символов, и определяющим моментом в развитии человечества стало создание разнообразной символики, в т.ч. речи, ритуалов, что было уже деятельностью не утилитарной.

Конец отступа.

Легко представить, каких ментальных, психических усилий в "эпоху орудий" стоила, при отсутствии развитой речи , передача умения, скажем, изготовлять обсидиановые орудия или строить жилище. Во всяком случае, вполне можно предположить, что мудрость эпохи орудий выражалась прежде всего в умении запоминать строго определенные последовательности образов, причем самой типичной ошибкой здесь был прогал, пропуск, "проскок" какой-то составляющей при копировании хранящейся в памяти эталонной последовательности. Поэтому стремление к целостности этих эталонных организаций, где строго на своих местах должны присутствовать все составлюящие, и было одним из важнейших императивов эпохи орудий. Очевидно, именно составные искусственные предметы и составные технологии их ихготовления и были первыми "священными реалиями".
Тогда взгляд, скажем, на калеку, утратившим на охоте кисть руки, или на человека с врожденным увечьем вызывал те же ассоциации, что и взгляд. скажем, на незаконченный каменный топор. Топор "стремится" быть завершенным, поскольку он являет собой отражением, копией эталонного топора, поэтому, как и другие качества, завершенность передана копии эталоном как передает качества родитель дитяти.

Кстати, вполне возможно, что, такие топоры-эталоны могли храниться в особых местах и были первыми кумирами в истории человечества..

Так вот, это "стремление составного творения к целостности" было присуще, естественно, не каменному топору с изъяном или недостроенному жилищу, а человеку той эпохи. Вобшем, вывод такой - установка "магической целостности организма, составного творения" имела, так сказать, технологическую подоплеку. Согласно этой установке, ничего нецелостного нет, и все недостающее - незаконченному топору или увечному человеку - присутствует, если не здесь, в мире земном, то где-то там, в в другом мире, противополжном мире, котрый в контексте этой установки и появляется, чтобы реализовать эту "магическую целостность".

** Теперь становятся понятными такие присущие многим традициям образы как божественные мастера-калеки.

Божества - покровители ремесел, т. мастера - те, кто умеет создавать идеальные, полные целостности, собранные в одном из миров, скажем, земном, должны быть вхожи в оба мира, чтобы находить отсутствующие в одном из них необходимые части целого. Значит, и их организмы должны быть и там, и там, именно такими есть организмы увечные. Поэтому божественные мастера и наделялись физическими недостатками (карлики, хромцы).

Сюда следует отнести и всем известного Гефеста, хромого кузнеца, живущего в подземелье, и цвергов, героев германо-скандинавской мифологии - карликов (это тоже признак увечья), искусных кузнецов и ювелиров, живущих в подземельях.

Приведу еше один, менее известный пример - кузнеца Болокбая, героя киргизского эпоса "Манас".

t_ou_k_ou_r__(кирг.) - хромой, t_ou_k_ou_r u_s_t_a B_ou_l_ou_k_b_a_j - хромой кузнецк Болокбай - мастер-оружейник в эпосе “Манас” - *Дж18.2, 756*. Сравним с : b_ou_l_ou_k__(кирг.) - 1) часть, доля ; 2) другой, не этот - b_ou_l_ou_k k_i_sz_i - иной, сторонний человек; употребляется в паре с b_ou_t_ou_n__(кирг.) - іной, другой: b_ou_l_ou_k - b_ou_t_ou_n - чужой, неродной - *Дж18.2, 152*.

Онтологические заметки. Тема: Антиойкумена (продолжение 2)

Sun, 15 Feb 2009 19:28:43 GMT

Замечание о методах исследования происхождения слов и выражений. "Формальная" этимология, ведущая зачастую к выводам типа "наша луше (древнее) ьвсех". Пример корректного предположения об антиподной сущности такого персонажа как Лилит.

Я привел парное слово b_ou_l_ou_k - b_ou_t_ou_n с его очевидно антиподным значением и с морфоосновами, которые имеют слова v_o_l_k , V_o_t_a_n и другие, широко фигурирующие в разных сакралах, специально для любителей этимологических розысков, основывающихся на созвучности слов разных языков.

Ну вот, для примера, хотя бы такой блиц-розыск: волк является одним из воплощений идеи оборотня потому, что его название созвучно древнему азийскому слову со значенией "иной, чужой".

Тут, конечно, надо сделать упреждающее замечание. А именно. Если параллельно фиксации созвучности не исследуется смысловая генеза понятий, не восстанавливаются организующие ситуации, в которых могло формироваться слово и соответствующее понятие в то или иное время, эти формальные изыски приводят на бесперспективный и, вобщем-то порочный путь (порочный, потому что ведет к весьма опасному, я бы сказал, не кроманьонскому, а неандертальскому тезису - тезису, который в хорошо известной мне местечковой лексике звучит как "наша лучше всех!"), двигаясь которым каждый квасной паториот может доказать, что именно его язык и его носитель - народ, включая, естественно, и самого исследователя, есть прямым наследником певотворцов современной цивилизации.

Вот пример, как мне кажется, более-менее корректного исследования.

b_a_t_n_a__(еврейск.-арамейск.) - 1) чрево; 2) одно из имен Лилит - *Пр52.3, 318.* Коммент. А.С. Нужно отметить, что образ Лилит есть своеобразным антиподом образа Евы. Лилит - это "мать наоборот". Так, одно из ее имен, приведенное в сирийском тексте, переводится как "мать, удушающая своих младенцев". - *Пр52.3, 318.* Возможно, Лилит это персонификация той первой, безымянной женщины, сотворение которой описано в первом из двух космогонических сюжетов "Бытия". Это позволяет трактовать этот сюжет как описание антиойкумены, в то время, как второй сюжет с Адамом и Евой - как описание мира земного. С учетом установки принципа антиподности как основополагающего принципа антиойкумены, все становится на свои места: то, что в этом мире есть выявление материнства, в антимире выявлется как антиматеринство. То, что выявление сути обоих миров происходит через женское начало (именно поэтому роль Евы во все последующих сюжетах Бытия является ведущей), связано с тем, что именно женщина трактовалась как главная креативная сила - и в земном мире людей, в ойкумене, и в потустороннем мире их образов-антиподов - в антиойкумене.

. * * *

Возвращаясь к установке магической целостности. Похоже, что и ритуал обрезания следует рассматривать в ее контексте установки о ненарушимой связности частей организма. Возможно, существовал такой обычай. Если человек умирал на стороне или пропадал без вести, его близкие, желая, чтобы душа-антипод умершего, не блуждала по просторам загробного мира в поисках жилища мертвых своего рода, могли захоронить со строгим соблюдение погребального ритуала хранящийся у них кусочек плоти того, кого самого соответствующим образом похоронить было невозможно. (Понятно, что в случае безвестного исчезновения нужно было дождаться истечения ожидаемого срока жизни пропавщего, поскольку преждевременное захоронение вызвало бы и преждевременную смерть).

Вспомним еще один пример, из гоголевского комик-триллера - "Сорочинской ярмарке", это рассказ пдвыпившего кума о том, как неудержимо стягивались воедино разбросанные по округе куски разрубленной зловещей "червоной свитки", принесенной в этот мир нечистым из мира загробного.

Любопытный вывод : все неправильные, негативные (точнне, антиподные законам земного мира) акции, совершенные оставшимся после этого в живых актера, как бы приводят его на порог того света, усиливают в той или иной форме связь актера с антиойкуменой. Но если бы при этом оценка сообществом такой ситуации была бы поощрительной, то, безусловно, сообщество выродилось бы, ибо тогда законы, регулирующие поведение его членов в земной жизни, воспринимались бы как нежеланный негатив (кстати, именно такая установка пронизывает мир урки и вызывает сопереживание людей с эгоистической, циркумполярной структурой личности). Чтобы избежать такого вырождения, сохранив при этом культ антиойкумены, в сакралах архаичных сообществ было произведено разделение "жилищ мертвых" - "жилища грешников" и "жилища праведных". Интересно, что пока еще исповедовался культ земного "жилища мертвых" (например, курганного типа), дуальность антиойкумены воплощалась и конструктивно - где-то в моих архивах хранится запись про пару курганов, один из которых назывался "Добрая могила", а другой - "Дурная могила". Правда, организующей ситуацией тут могло быть и раздельное захоронение своих и чужих павших победителями, но мне кажется, что причина создания таких антиойкуменных пар более общая, а именно - указанная выше.

Ритуал создания архаичным сообществом "своего" "земногого неземного мира" как интегратор человечества в континентальных масштабах в эпоху орудий и эпоху символов.(пока на украинском языке, переведу позже).

Схоже, що передання інформації від поколінь до поколінь про наявність в певній місцевості "загробного світу" або "входу" до нього не уривалося протягом десятків тисяч років. Вперше ця думка виникла у мене, коли я помітив, що одна з найдавніших відомих мені антиойкумен - ритуальне поховання на стоянці Сунгірь, знаходиться на околиці міста Володимир Суздальський.

Володимир, схоже, був традиційною назв храмового поселення, розташованого поблизу сакрального прадавнього урочища, яке вважалося "входом в загробний світ", - саме тому у Володимирі - Суздальському в свій час перебувала митрополія. Про спадкоємність сакральної харизми цієї місцевості свідчать і топоніми - адже лексеми з основами b*_ae_l_ae_d*_ae_m_ae_r_ae , s*_ae_n_ae_g*_ae_r_ae часто виступають у ролі назв святилищ, священних урочищ. Тут варто нагадати, що митрополія (Литовська) перебувала у Володимиру Волинському, а з Київською митрополією, безумовно, пов'язане ім'я Володимира Святославича). Тобто всі головні три митрополії східно-слов'янського світу (існувала і Галицька, але існування її було недовгим) так чи інакше пов'язані зі словом Володимир..

Якщо так, то виходить, що з часів появи ідеї існування загробного світу, тобто протягом приблизно 30 000 років, одним з головних і незмінних інтеграторів усієї земної людності була саме ідея існування "схованки від смерті", тобто ідея існування на землі загробного світу, входи до якого містяться в певних священних урочних місцях, очевидно, ця ідея і передавалася від етноса етносу, і виникала сама, оскільки, як побачимо нижче, існувала природна організуюча ситуація, в якій могла хформуватися ідея "антиойкумен".

Очевидно, шанування цих прадавніх "пупів землі", місць контакту з загробним світом, було наскрізною закономірністю всіх епох. Відомості про існування в певному місці "входу в загробний світ", очевидно, передавалися з вуст у вуста протягом десятків тисяч років, що, до речі, свідчить про неперервність антропогенезу в околі таких священних урочищ. І дійсно, стоянка Сунгірь, була погребена під нашаруванням нових грунтів приблизно 20 000 років тому (див. *obj S_u_n_g_i_r, *), так що бачити її вже було неможливо. Отже тоді виходить, що співпадіння пізньопалеолітичного святилища Сунгірь і святилища історичної доби Володимир є або випадковим, або пояснюєьться ексклюзивністю ландшафту, або є результатом збереження серед автохтонів пам'яті про наявність в цій місцевості "входу в загробний світ".

Помітимо, що під час свого походу вздовж півічної гілки Великого Шовкового шляху Тимур, дійшовши до межового ристалища на верхньому Дону, руйнував торгові міста, але в той же час підкреслено шанобливо ставився до давніх міцевих святилищ.

E_l_a_b_u_g_a , S_o_d_o_m__(топонімія Поволжжя) – місто на Камі. "После того господин мир-Тимур прибыл в Содом, то есть город Елабугу. В то время в Содоме ханом был Ильбакти, сын Уразбакти-хана. Этот хан не знал никакой веры и религии; мир-Тимур обращал его в ислам, но он не согласился. Упоминаемый Содом был небольшой городок, его также обратил в прах и, приказав разломать ворота, бросил их в Каму, жителей же взял в плен, а остальных разогнал всех по разным странам света. Он посетил могилы последователей, находящиеся на устье Туймы." - *Дж22.1, 44*.

** История свидетельствует: идея антиойкумены в форме "антиподности" просуществовала в неизменном виде несколько десятков тысяч лет, сохраняясь в отсталых сообществах практически до Нового времени

История свидетельствует: в свое время культ антиойкумены, приведший к появлению разбросанных по грандиозным континенальнім пространствам очагов унификации (или как сейчас принято говорить - глобализации), эпицентров межродового, межплеменного и межэтнического общения, сыграл в далекие времена, в эпоху символов, создания языков, роль, подобную той, которую сыграло научное знание в эпоху понятий, которая началась во времены Платона и, минуя интервал стагнации продолжительностью (для Запада) втысячу лет, дощла до нас. Найти этой архаичной, более чувственной, чем ментальной идее, лежащей в основе всех современных религий, в современном мире место, достойное и прошлого, и нынешнего, и будущего человечества - эта задача и чрезвычайно актуальная, и чрезвычайно непростая.

Литература.

Дж18.2.* Киргизско-русский словарь. Составил К.К. Юдахин. Ок. 40 000 слов. - М., 1965.

Дж22.1. Хюсам-эд-дин Булгарский. Тевари-х-и-Булгариэ (Булгарское повествование). // История Татарии в документах и материалах. - М., 1947. С.42-25.

Пр52.3. Мифологический словарь. - “Советская энциклопедия”. М., 1991.

Из архивов А.С. "Герман Геринг и винницкий театр"

Thu, 12 Feb 2009 08:46:08 GMT

Публикации статьи: 1996 г. - газета “Тумба» (Винница); 1997 г. - журнал «Арт-лайн» (Киев)

Из стенограммы допроса бывшего рейхсминистра авиации Германа Геринга 17 июня 1945 года.
Вопрос: Вы сами бывали на восточном фронте?
Ответ: Я был в России очень недолго. Знаю только один русский город Винницу. В Винницу я приехал не по делам, а потому что меня заинтересовал находящийся там театр.

Согласитесь, эта выдержка весьма любопытна, и не только для винничан. На первый взгляд кажется, что нацист № 2 безыскусно лукавит, пытаясь снять с себя ответственность за то, что происходило на восточном фронте и оккупированной территории СССР.
Ведь, как известно, Геринг был автором составленной в 1941 году жесточайшей и обстоятель¬ной директивы по управлению оккупированными восточными территориями так называемой "Зеленой папки", где прямо предписывалось - "грабить и грабить эффективно". А любая директива требует время от времени проверки ее выполнения на месте.
Далее, рядом с Винницей, кроме ставки "Вервольф", находилась и ставка главного командования люфтваффе, а шефом немецких ВВС был сам Герман Геринг. Так что его попытка представить путешествие на Восток как невинное турне театрала выглядит вдвойне неправдоподобно, а если учесть и то, что к услугам высокопоставленного ценителя муз были зрительные залы лучших театров Европы - то и вовсе абсурдно.
И все-таки - почему же Геринг, опытный политик, мастер интриги и дезинформации, в том числе и судебной (стоит вспомнить хотя бы его роль обвинителя на процессе по делу о поджоге рейхстага), выдвигает на допросе столь нелепую "театральную" версию своей поездки в Винницу?
Чтобы ответить на этот вопрос, нужно поближе познакомиться как с персоной Германа Геринга, весьма выделяющейся на фоне ближайшего окружения Гитлера, так и с судьбой винницкого театра военных лет, кстати, тоже не совсем обычной.

Любая форма государственной власти не может обойтись без определенной театральности. Но особенно театр необходим власти авторитарной. Убаюкать, одурманить толпу, заставить ее слепо подчиняться воле правителей - все это невозможно без грандиозных массовок-парадов, факельных шествий, всяческих демонстраций, без выставленных напоказ героев и антигероев - врагов нации или народа, без декораций в виде натыканных повсюду гербов, символов, флагов и лозунгов.
Только тогда толпа начинает верить, что вокруг происходит какое-то роковое действо, сюжет оторого изменить ей не под силу.
Насквозь театрализованной была и 12-тилетняя история "тысячелетнего" третьего рейха, и Герман Геринг сыграл в этом трагическом спектакле одну из главных ролей.
Вспомним гитлеровскую верхушку - невзрачный и истеричный аскет-фюрер, тщедушный, прихрамывающий психопат Геббельс, замкнутые, мрачные фигуры Гиммлера и Бормана. Нет, никто из них не годился на роль "первого любовника", супермена, столь необходимую в любом шоу. Но энергичный голубоглазый толстяк Герман, в расшитом золотом опереточном мундире, с этой ролью справлялся великолепно. Кстати, тучность вовсе его не портила - по крайней мере, в глазах немецкого, да и не только немецкого, обывателя, особенно сельского корня. (Божки и кумиры крестьян, которым как никому другому были понятны и муки голода, и радость сытости, никогда изяществом форм не отличались, - взять хотя бы общеизвестную пышнотелую белокурую Гретхен.)

Но одних внешних качеств мало для того, чтобы попасть в число ведущих актеров драмы, вернее, трагедии, охватившей не только всю Германию, а и весь мир. Что ж, для этого Геринг обладал и необходимым характером, и подходящей биографией.
В 1915-1918 г.г. фотографии Германа Геринга не сходили со страниц немецких иллюстрированных журналов: еще бы, - знаменитый ас, сбивший 22 вражеских аэроплана, кавалер почетных боевых орденов, командир элитной эскадрильи №1. Правда, друзья поговаривали о непомерном тщеславии молодого летчика, способного ради чинов и наград приписать себе и чужую победу в воздушном бою.
Но война окончилась, а вместе с нею и ставшая привычной популярность. Геринг уезжает в Швецию, где служит пилотом на пассажирских авиалиниях. Однако прозябать в этой роли герою пришлось недолго.
Романтическая встреча Геринга со своей будущей первой женой-графиней Карин Фок, экзальтированной шведкой, помешанной на викингах и героическом эпосе, вновь оживила в молодом летчике страсть к великим деяниям.
Но окончательно определила судьбу Геринга встреча в 1922 г. с главным режиссером грядущей трагедии - Адольфом Гитлером. Режиссер и актер нашли друг друга и приступили к постановке.
Первой репетицией был неудавшийся фашистский мятеж 1923 года, получивший название "пивной путч", т.к. именно в мюнхенских пивных разрабатывался его сценарий.
Гитлер и Геринг шагают в первой шеренге колонны нацистов, расстрелянной полицией. Гитлер ретируется с поля боя, а Геринг, получив тяжелое ранение в пах, остается лежать на мостовой. Полиция его как бы не замечает: засадить в кутузку человека-легенду, увешанного боевыми наградами, - на это трудно решиться. Геринга тайно переправляют в Австрию, где он залечивает рану.
Потом в судьбе героя наступает временное затишье, но с 1927 года, когда нацисты начинают свое восхождение к власти, Герман Геринг уже не сходит с авансцены событий.
Он, пожалуй, как никто, способствовал созданию имиджа нацизма и в самой Германии, и за рубежом. Для этого ему время от времени приходилось если не становиться в оппозицию режиму, то, по крайней мере, фрондировать, - при этом режим демонстрировал свою якобы терпимость к инакомыслию, а герой, естественно, свою смелость и самобытность.
Например, во время разгула нацистского антисемитизма, Геринг мог позволить себе открыто высказать скептическое отношение к этой кампании. Делал он это по убеждению или по расчету - неизвестно. Но факты остаются фактами.
Так, на Нюрнбергском процессе свидетелем от защиты Геринга выступал его сослуживец фельдмаршал Мильх, которого рейхсмаршал в свое время защитил от эсэсовцев, раскопавших, что бабушка Мильха была еврейкой. "Я сам в своем штабе решаю, кто у меня еврей", - таков был ответ Геринга, передававшийся тогда из уст в уста.
Не менее знаменито и высказывание Геринга о рейхстаге, заседания которого после пожара в 1933 году были временно перенесены в королевскую оперу. Геринг, сам бывший в то время президентом рейхстага, громогласно заявил: "К сожалению, другого выхода у меня нет, но я всегда считал, что опера важнее рейхстага".
Подобные эскапады прощались Герингу еще и потому, что нацизму необходимо было получить поддержку со стороны консервативных высших слоев германского общества, для которых только Геринг из всей гитлеровской камарильи был "рукоподаваемым". В общем, наш герой сумел завоевать и галерку, и бенуар - и низы и верхи германского общества. И не только германского.
"Почему к нам всегда присылают этого Риббентропа, а не такого хорошего парня как Герман Геринг?" - это уже слова Уинстона Черчилля.
Успех явно вскружил голову актеру - после прихода нацистов к власти Геринг в своем стремлении к театральности теряет всякое чувство меры. В его игре все отчетливей проступает аляповатый, шокирующий стиль буффонады, но от этого уже веет обреченностью. Похоже, такой неординарный человек как Геринг сумел понять: спектакль вскоре окончится полным провалом.
Вот некоторые очень характерные детали из быта Геринга в годы расцвета нацизма.
За годы пребывания у власти Геринг собственноручно приручил семь львов. Выйти в сопровождении грозного геральдического зверя к насмерть перепуганным гостям в разгар вечеринки - это еще не номер - Геринг заявлялся со львами и на заседания рейхстага
Театральная, доходящая до абсурда, декоративная роскошь царила и в резиденции Геринга – в замке Каринхалл, названном так в честь умершей в 1931 г. первой супруги. Мраморный мавзолей с ее останками соседствовал в нем с супружеской спальней рейхсмаршала, женившегося вторично на известной немецкой актрисе Эмми Зоннеман - естественно, пышнотелой блондинке. Это соседство гробницы и спальни, очевидно, должно было означать для всей Германии, что ее сентиментальный герой безутешно скорбит об утрате, и. в то же время, - что жизнь продолжается.
А вот описание некоторых костюмов из геринговского гардероба.
Костюм рыцарский - сафьяновые сапоги с позолоченными шпорами, шелковая блуза, мантия до пола, как у французских королей.
Костюм домашний - алая шелковая рубаха навыпуск, сафьяновые сапоги с буфами, копье (!).
Костюм охотничий - ярко-зеленая кожаная куртка, коричневые бриджи, высокие сапоги, кинжал в алых ножнах, зеленая шляпа с плюмажем.
Кстати, последний костюм - это официальный мундир Геринга, который занимал должность Главного хранителя имперских лесов. Вообще, званий и постов у Геринга было несметное множество, например, чего стоит звание рейхсмаршала - за всю немецкую историю только знаменитый полководец принц Евгений Савойский удостаивался подобной чести.

Но когда стало ясно, что фашистский спектакль идет к провалу, то, естественно, и главный его актер стал терять свое лицо. "Пародия на итальянский тенор в вагнеровской опере",- так писали о Геринге газеты стран антигитлеровской коалиции времен второй мировой войны. Да и внутри самой нацистской Германии роль Геринга стала явно второстепенной. Как профессионал, командующий люфтваффе, он проиграл битву за небо над Германией, - армады тяжелых бомбардировщиков США и Англии методично разрушали немецкие города и заводы. Как актер, создатель имиджа, он уже был не нужен Гитлеру: оголивший свою сущность фашизм уже мало заботился об имидже, уповая больше на новые танки и ракеты "Фау".
Для такого тщеславного человека как Геринг это было тяжелым ударом – ведь для актера потеря популярности равнозначна смерти. Поэтому на Нюрнбергском процессе Геринг заявлял своим адвокатам: "Спасайте мне не жизнь, а лицо".
Еще одна любопытная деталь, характеризующая его поведение на Нюрнбергском процессе. Во время речи американского обвинителя Роберта Джексона Геринг лихорадочно делает пометки в своем блокноте. Оказалось, что бывший рейхсмаршал подсчитывает количество упоминаний своего имени. Позже Геринг с удовлетворением констатирует, что упоминалось оно 42 раза - гораздо чаще, чем имена остальных главарей режима.
Кстати, былая популярность пришла на помощь актеру в самом финале. Ампула с цианистым калием, переданная в камеру Геринга кем-то из его прежних поклонников, спасла экс-героя от позорной виселицы.
Думается, что теперь, после знакомства, по крайней мере, с театральной плоскостью биографии Германа Геринга, его реплика на допросе в июле 45-го не кажется уже столь странной. Ведь поездка в Винницу пришлась на тот период, когда звезда славы Германа Геринга катилась к закату. Поэтому вполне возможно, что для оставшегося практически не у дел экс-героя, бесцельно колесящего по оккупированной Европе в своем роскошном спецпоезде под экзотическим названием "Азия", самым ярким впечатлением от поездки на Восток было посещение винницкого театра, тем более, что там, в глухой провинции, имя Геринга все еще производило фурор.

* * *
Ну, а теперь немного о винницком театре. Его военная судьба тоже весьма драматична.
Немцы вошли в город, и вскорости, 31 августа 1941г., в винницком театре состоялось открытие сезона. Впрочем, ничего удивительного в этом нет. Оккупационные власти в приказном порядке предписывали всем предприятиям и учреждениям, кроме, конечно, органов советской власти, немедля приступить к работе, - и театр не был исключением.
Вот выдержка из оккупационной городской газеты "Вінницькі вісті (Винницкие вести)", где описывается праздничный концерт 31 августа (подаю в буквальном русском переводе):
"Зрительская аудитория (?) переполнена. Веселые лица, праздничные наряды. Пестреет вышивка на мужских сорочках. Буйная молодежь располагается на своей традиционной галерке. По обе стороны бенуара (?) садится цвет немецкого командования.
Завершился праздник постановкой «Наталки - Полтавки». Эта пьеса, объединенная (?) гением Котляревского и Лысенка, является для украинцев таким же любимым произведением, как «Мейстерзингеры» Вагнера для немцев...»
Думается, что восторженный тон заметки - это не просто работа на заказ для новой власти (хотя обозначенные мною вопросительными знаками обороты свидетельствуют о том, что заметка написана мастером слова явно не местным). Ведь среди жителей предвоенной Винницы, где в 1937 г. органами НКВД было расстреляно массу людей, в большинстве своем - ни в чем неповинных (масштабы здешних репрессий были настолько велики, что для их обозначения существует общепринятый ныне термин – «винницкая трагедия»), было немало искренних врагов большевизма, и они смотрели на немцев, как на освободителей. Немало было и тех, кто надеялся с помощью Германии создать независимое украинское государство.
Но эти надежды скоро развеялись. Массовые расстрелы немцами евреев, в том числе, стариков, женщин, детей - одного этого было достаточно, чтобы понять, что в город пришли новые палачи, и ни о какой свободной Украине не может быть и речи. Видимо, поэтому тон театральных обозрений на последних страницах "Винницких Вестей" постепенно меняется - с восторженного на вымученно-официальный, а после разгрома немцев под Сталинградом заметки такого рода и вовсе исчезают.
Изменился и режим работы театра. Большинство спектаклей идет уже "только для немцев", для местного населения театр стал доступен лишь дважды в неделю. В репертуаре становится все меньше украинской классики - "Запорожца за Дунаем" и "Майскую ночь" сменяют "Травиата", "Севильский цирюльник", "Фауст", "Евгений Онегин".
Театр все больше начинает походить на тюремный. Актеров тщательно обыскивают при входе, в коридорах появляются дюжие жандармы с бляхами и автоматами на груди.
Главным дирижером театра назначается немец. Герр Бюттнер был персоной весьма влиятельной, еще бы, ведь среди поклонников маэстро были такие шишки, как представители верховного командования вермахта, наезжавшие в Винницу из расположенной рядом - всего в десятке километров от города, ставки "Вервольф".
Легко представить, как приятно было какому-нибудь генералу - поклоннику Мельпомены покинуть на время штабную кутерьму, сесть в лакированный "хорьх" и, промчавшись по довольно необычной для этих мест приличной автостраде, через каких-нибудь двадцать минут окунуться в музыку Россини или Чайковского, – что ж и среди славян случаются таланты!
Стоит заметить, что в театре сложилась довольно сильная труппа. Кроме местных артистов, в нее вошла, к примеру, великолепная супружеская пара - знаменитое колоратурное сопрано Ланская (к тому же еще и редкая красавица) и известный бас Фокин, приехавший в Винницу погостить к родным и попавший здесь в оккупацию. Кроме того, чтобы потешить слух высокопоставленных чинов из "Вервольфа", в Винницу регулярно приглашались лучшие певцы из киевской оперы.
"Немцы, как известно, завзятые театралы, и поэтому в зрительном зале всегда царила почтительная, внимающая тишина", - вспоминает Ольга Карловна Яновская, сухонькая миниатюрная старушка из так называемых фольксдойчей, игравшая в те далекие годы юных красавиц и подростков. Вспоминает она и такую историю: когда одного из молодых актеров, умудрившегося стащить у кого-то из поклонников местных примадонн офицерский "вальтер", посадили в гестапо, герру Бюттнеру удалось добиться его освобождения. Очевидно, он сумел убедить гестаповцев, что хороший баритон в Украине встречается реже, чем какой-нибудь партизан.
Что-то подобное происходило и после освобождения Винницы, когда актерами, естественно, занялись соответствующие органы, и их стали таскать на допросы в НКВД. Новый директор театра без особого труда сумел их отстоять, - возможно, с помощью подобной нехитрой истины: мол, в освобожденой Виннице хороших актеров куда меньше, чем тех, кто "сотрудничал с оккупантами", но при этом лишены талантов.
Вспоминает Ольга Карловна и тот визит Геринга в винницкий театр, о котором он упомянул в Нюрнберге.
Рейхсмаршал приехал в тот вечер, когда в театре давали "Кармен". После окончания спектакля Геринг прошел за кулисы и через переводчика выразил свое восхищение игрой и вокалом актеров, расцеловав при этом руки всем театральным красавицам. Затем этот, по словам Ольги Карловны, "с виду очень представительный мужчина" заметил, что игра на сцене была все-таки недостаточно зажигательной, слегка вялой. В ответ один из актеров довольно смело возразил, что "трудно играть с огоньком на голодный желудок". Выходка оказалась удачной, - на следующий день актерам выдали офицерский паек. В заключение рейхсмаршал выразил надежду, что во время следующего своего визита в Винницу он сможет насладиться постановкой какой-нибудь из опер Рихарда Вагнера, любимого композитора фюрера и всех немцев. Пожелание Геринга было принято к сведению, и сразу же после его отъезда начались репетиции. Впрочем, творениям Вагнера не было суждено явиться на винницкой сцене: репетиции были прерваны отступлением немцев. Финал оккупации был декорирован в истинно вагнеровском, то бишь, викинговском духе: отступая, немцы сожгли все лучшие здания в центре города, в том числе и столь любимый ими театр.
Но, несмотря на это, уже в апреле 1944-го состоялся первый в освобожденной (в конце марта) Виннице спектакль. Театр временно разместили в здании бывшей хоральной синагоги на центральной улице города При немцах там была конюшня, и актерам стоило многих трудов выскоблить помещение. Кое-как были раздобыты стулья, занавес сшивали из мешков.
Труппа театра сильно изменилась в составе. Большинство ведущих актеров было «выведено в резерв» (потом их перевели в труппы других городов, - подальше от той сцены, где они играли при немцах).
Ну, а какая постановка была первой после освобождения? Здесь изменений не произошло. Как и в августе 1941-го, это была все та же "Наталка-Полтавка". Видимо, это произведение, милая, но незатейливая шароварная мелодрама, в качестве "символа украинского духа" устраивала обе власти

А. Секретарев. 1996 (авторское редактирование 2009).

Онтологические заметки (жж-лекции). Вступление и перечень тем.

Tue, 10 Feb 2009 22:25:24 GMT

Содержание документа.

Рабочие материалы.

Недавно от моих земляков-винничан, знакомых с моей научной деятельностью, поступило предложение прочитать курс публичных лекций по онтологии - науке, исследующей историю окружающей среды, историю событий и историю идей как взаимосвязанные процессы. Это предложение оказалось очень своевременным, т.к. сейчас я начал работу над обширным текстом под условным названием «Онтологические заметки», где будут изложены результаты моих исследований, полученные за последние десять лет.
Точкой отсчета я кладу 1999 год потому, что именно в тот год я впервые, кроме привычных для себя сугубо исторических и лингвистических исследований, стал заниматься палеоклиматологией. Получив первые результаты по существованию долговременных (прежде всего – 2400-летнего) климатических циклов, сначала самостоятельно, а затем - используя результаты современных исследователй (значительную информационную и идейную поддержку, так необходимую новичку, на начальном этапе своих поисков я получил от ведущего российского палоклиматолога В.А. Дергачева), я был буквально ошеломлен появлением совершенно новых – мощных, крайне убедительными факторов, объясняющих многие доселе непонятные моменты в череде исторических событий и сопутствующих им памятников (кстати, мне кажется, эти факторы помогут устранить непримиримое противостояние приверженцев традиционной исторической науки и такого направления исследований как «новая хронология»). Далее, органическое слияние истории событий и истории окружающей среды, оказало плодотворное влияние и на мое понимание закономерностей истории идей, где для уяснения генезы процессов, образно говоря, тоже не хватало метронома и «ритмически» организованного событийного потока. Кстати, неплохая, кажется, получилась аналогия: онтология - как песня, где ритм задает история среды, музыку - история событий, а текст - история идей. В общем, в контексте этой аналогии, похоже, что песню я уже написал, теперь дело за ее публичным исполнением.

Возвращаюсь к своим намерениям. Приняв предложение о проведении лекций, я начал подготовку их конспектов - как бы soft-версий соответствующих глав и разделов книги. И тут я подумал, - а почему бы не опробовать предварительные материалы книги на более широкой аудитории? Вот так и возникла идея часть записей в своей недавно открытой странице «живого журнала» посвящать «Онтологическим заметкам». Что ж, приступаю к ее реализации, надеясь на ее успешное осуществление и, конечно, творческую поддержку всех, кому мои замыслы покажутся интересными.

Теперь приведу тематический план. В конце каждого пункта будет помещаться дата журнальной записи с соответствующим текстом. А эту вступительную заметку с тематическим планом (который, конечно, будет уточняться) я буду передвигать в журнале так, чтобы она была постоянно первой в серии записей, каждая из которых будет начинаться словами «Онтологические заметки».

Тематический план лекций.

Тема 1. Гетерогенные и циркумполярные (полигональные) структуры в архаичной и современной ментальности. Терминология (унимодусы «линейный гетероген (ЛГ)», «циркумполяр (ЦП)» и др.) и вводные примеры.
Тема 2. Наиболее древние свидетельства коллективного осознания архаичными сообществами значимости абстрактной символики в жизни человека.
** Мегалиты как капитальные воплощения идей унимодусов «линейный гетероген» (дольмены), «циркумполяр» (кромлехи). Когда и где появляются мегалиты на протяжении последних 10 тысячелетий? Совпадение периодов интенсивной «мегалитизации» с кризисными фазами 2400-летнего климатического цикла.
** Проявления гетерогенных и циркумполярных идей в структуре и инвентаре Сунгирського захоронения (возраст – ок.30 тыс. лет) и других подобных захоронений.
** Идея «антиойкумены» (жилища мертвых), где все условные реалии противоположны реалиям ойкумены (жилища живых) как воплощение идеи гетерогенности.

Тема 3. Роль гетерогенных и циркумполярных (полигональных) структур в создании языка, систем счета, ориентации в пространстве (стороны света) и времени (календари), категорий социального устройства.
** Анализ содержания, генезы и этимологии слов киргизской максимы, декларирующей, что все 4 сословия являются «адамами», т.е. сотворенными людьми, как пример реализации идей гетерогенности и циркумполярности в логоэволюции.
** Гетерогенное и циркумполярное отношения принадлежности. След их в существовании в современных языках так называемых habeo и esse конструкций: “I have a book” и “the book is mine”.
** Парные слова и именные классы в архаичных языках как воплощения идей гетерогенности и циркумполярности.
** Кённинги скальдической поэзии как реализации идеи гетерогенности в языкотворчестве.
** Структура древних праздников и календарей.
** Системы размежевания территорий и упорядочения важных дорог.
** Системы счета с «открытой» и «замкнутой» еденицей. «Круглые» числа.
** N-коленная патриархальная экзогамия. Семиродцы и пятиродцы.
** Структура древних поселений – «тетраполисы», «гексаполисы» и др. Пары из замкнутого и открытого поселений городского типа.
** Дипольная организация давних этносов. «Оседлые и блуждающие», «горние и низинные» народы как сообщества с превалированием, соответственно, циркумполярных и линейно-гетерогенных структур в их ментальности. След этого деления в существовании современных наций с «сухопутной» и "морской" ментальностью.
** Роль унимодусов «линейный гетероген» и «циркумполяр» в формировании товарно-денежных отношений. Связки определенного числа условно ценных предметов (например, головок мелкого пушного зверя с передними лапками) как «циркумполярные» праденьги.

Тема 4. Сакральные объекты и ритуалы с линейно-гетерогенной и циркумполярной структурами.
** Формирование понятия «душа» в контексте унимодусов ЛГ и ЦП.
** Ритуалы присяги и другие ритуалы «с камнем (дерном, землей, пеплом) на голове».
** Гетерогенные, циркумполярные и композиционные пантеоны древних традиций.
** Священная утварь мужа-воина-вождя: щит, кубок, меч, оберег (нашейная гривна)как составные части четырехсекторного полигона
** Збручский идол как яркий пример носителя идеи четырехсекторной полигональной мандалы.

Еще одна (недавняя) украинизация И.Бродского и собственный опус явно a la Jozef

Fri, 06 Feb 2009 15:00:30 GMT

.
Чтобы на время (на пару дней) оставить тему поэзии и перейти к истории (завтра и послезавтра размещу здесь свои результаты по исследованию древних культов и, вообще. архаичной ментальности), но при этом поставить что-то в виде точки с запятой, размещаю свой последний большой перевод И.Бродского и также сравнительно недавно написанное стихотворение, посвященное эволюции языка, в данном случае - как процесса не фатального, а направляемого...

Итак, сначала билингва (точка). потом мой опус (запятая).

.
И. Бродский. Послесловие.

. І

Годы проходят. На бурой стене дворца

появляется трещина. Слепая швея, наконец. продевает нитку

в золотое ушко. И Святое Семейство, опав с лица,

приближается на миллиметр к Египту.

Видимый мир заселен большинством живых.

Улицы освещены ярким, но посторонним

светом. И по ночам астроном

скрупулезно подсчитывает количество чаевых.

. ІІ

Я уже не способен припомнить, когда и где

произошло событье. То или иное.

Вчера? Несколько дней назад? В воде?

В воздухе? В местнои саду? Со мною?

Да и само событье - допустим. взрыв,

наводненье, ложь бабы, огни Кузбасса -

ничего не помнит, тем самым скрыв

либо меня, либо тех, кто спасся.

. ІІІ

Это, видимо, значит, что мы теперь заодно

с жизнью. Что я тоже сделался частью

шелестящей материи, чье сукно

заражает кожу бесцветной мастью.

Я теперь тоже в профиль, верно, неотличим

от какой-нибудь латки, складки, трико паяца,

долей и величин, следствий или причин -

от того, чего можно не знать, сильно хотеть, бояться.

. IV

Тронь меня - и ты тронешь сухой репей,

сырость, присущую вечеру или полдню,

каменоломню города, ширь степей,

тех, кого нет, но кого я помню.

Тронь меня - и ты заденешь то,

что существует помимо меня, не веря

мне, моему лицу, пальто,

то, в чьих глазах мы, в итоге, всегда потеря.

. V

Я говорю с тобой, и не моя вина.

если не слышно. Сумма дней, намозолив

человеку глаза, так же влияет на

связки. Мой голос глух, но, думаю, не назойлив.

Это - чтоб лучше слушать кукуареку, тик-так,

в сердце пластинки шаркающую иголку.

Это - чтоб ты не заметил, когда я умолкну, как

Красная Шапочка не сказала волку.

. Післямова.

Комент.А.С. Те, що може в цьому перекладі вбачатися невиправданим свавіллям перекладача, насправді є результатом його намагання реконструювати в собі активний образ автора і таким чином одержати можливість обирати ту чи іншу конфігурацію чи фарбу, відмінну від застосованої в оригіналі, не виходячи в той же час за межі манери і палітри Йосипа Бродського.

. І

Роки минають. Брунатний палац з торця

оздобився шпаркою. Швачка сліпа, нарешті, вселяє, нитку

в золоте вушко. І Святе Сімейство, опавши з лиця,

наближається на міліметр до Єгипту.

Зримий світ кипить більшістю, виварюючи життя.

Світло міст, згідно Ейнштейну, реалізовано в масі.

Ніч впаде, і гастро`ном перевірить своє знаття

виручки, розсипаної у зоряній касі.

. ІІ

Я вже не пам'ятаю нічого. Де і коли

відбулася подія - і та, і решта.

Невже це сталося? І ви зі мною були?

Кажете, на пів-дорозі від Буди до Пешта?.

Втім, і сама подія - вибух, революція на горбі,

зрада жінки, повінь, вогні Кузбасу -

позбавлена пам'яті і ховає в собі

чи мене, чи тих, хто доплив до спасу.

. ІІІ

Схоже, це означає, що віднині ріка несе

мене і життя разом, що я вже подібний долі

тієї матерії, з якої шиється все,

і на стику з якою шкіра втрачає колір.

Тепер свідоцтвом, що я не Піноккіо, не Темучин,.

править лише мій профіль - звилина, якою пишатись

може кожна монада моря наслідків і причин -

все, чого можна не знати, прагнути і жахатись.

. IV

Торкнись мене, - і відчуєш сухий ковил,

або вологість парку, в якому шмонає

мент повію, або мрію підошви - пил,

або тих, кого вже нема, але я пам'ятаю.

Торкнись мене - і ти доторкнешся до

існуючого поряд зі мною і попри мене,

до того, чому я байдужий, як сі-дієз - до,

як синьо-жовтому байдуже зелене.

. V

Це я. Я говорю до тебе. Не чути? Пробач.

Старість з'їдає голос, як зір et setera.

Тож бельканто нині здатне хіба що на плач,

але не вміє плакати, коли не бачить партера.

Так, це я. Я шепочу тобі, щоб ти

прислухаючись до кукуріку, тік-так і голки

грамофонної, не помітив, коли в інші світи

увійде мій голос, як Червона Шапочка в вовка.

Переклад здійснено 2006р.

* * *

В полиречьи русской литературы имеется русло,

в котором болтается лушпайкою заскорузлой

крейсеришко "Холодное удивление" - почему не все такие,

как мы - русские интеллигенты, поневоле - мессии?

Команда кораблика начала складываться где-то в пол-третьего Саши*) -

из поповичей, сочувствующих террористам, и прочей каши,

возникшей в результате вторжения Нобеля с Юзом,

а так же вербовки учившихся, как минимум, на четыре с плюсом

в ряды писательской фронды, ориентирующейся на инженеров,

на поссорившихся с Бисмарком молодых офицеров,

на профессуру с фамилиями на -ов и прочих

Новой Империи разночинных зодчих.

Впрочем, все началось несколько раньше, - с создания мовы,

когда с легкой руки Сперанского, исповедующего принцип ab slovo,

началось выращивание царскосельской породы поэтов,

смахивающее на создание многоступенчатой ракеты

в более поздние времена, когда устарели пушки.

Чем не боеголовки - Гагарин и Пушкин,

поразившие, как казалось, все континенеты

бурными ахами и взрывами аплодисментов?

Но атланты, взрастившие Нийла Армстронга и Дж. Китса,

вряд ли хлопали. Им нечему было дивиться,

разве что прыти, с которой стрекало

копии опережает рало оригинала.

Но вернемся к "Холодному удивлению". Сей мовоносный крейсер,

продолжая потопать в каждом серьезном рейсе,

тем не менее уже не искал утех в победе над туркменом и турком,

а, высылая в качестве авангарда миноносцы "Калинку" и "Мурку",

продвигался в направлении "Берлин-Париж-и-так-далее".

Меж двумя бойнями центры, выдающие нобелевские регалии,

с помощью эмиграции, наконец, были взяты в клещи,

и царскосельско-вежливое невнимание к понятию "вещи"

было взято на вооружение всеми, кроме покоривших апачей.

Триумфальный залп "Холодного удивления" в сторону тех, кто думает иначе,

был направлен не за океан (небезопасно!), а в горние выси.

Этот салют был ошибкой. Последней трюмовой крысе

это было ясно, но не тем, чья рука сжимала

рукоятку кортика, а не рукоять штурвала...

Далее есть продолжение, но мне показалось оно необязательным.
*) между воцарениями Александра II и Александра III

22 года назад: мои первые переводы И. Бродского на украинский

Fri, 06 Feb 2009 04:04:41 GMT

Это случилось в 1987-ом году. Я сидел на ночной кухне и никак не мог выжать из себя стихотворение, которое \мною было уже, скажем так - выжито. К тому времени мой стихотворческий стаж составлял уже лет 6. Писал я тогда, как и сейчас, по-русски и по-украински. То, невыходящее стихотворение было украинским и, если так можно выразиться, городским. И поэтому мова моя упрямо не хотела с ним связываться - у нее все корни-кореша были пока сельские, а в, городе - так, корешки. И тут мой взгяд зацепил лежащие на столе «Стансы к Августе». Еще самиздатовские. Зачитанные. «Ага, думаю, сейчас я в качестве упражнения Иосифа поперевожу, - он не обидится, во всяком случае, не узнает. А я, может, с помощью его, поэта урбанизированного - дальше некуда, перетащу свою мову с пространств гектарных в квартальные. Открыл наугад, гляжу - «В деревне Бог…». Вот это да! Как на заказ - явно переходное, смычное! Перевел неожиданно быстро. Решил еще попробовать. Выбрал «Подруга милая, кабак все тот же…». Это уже городское, но не мегаполисное, поскольку неспешное и с внимательным разглядыванием незнакомцев. Перевел и это. Подустал. Но до утра еще время есть. Решил я тогда на конъюктуру поработать и взялся за «Одному тирану» Мне это стихотворение казалось любопытным, не более, - оно, скорее, на киносценарий похоже, чем на стихотворение. Но друзьям-товарищам оно нравилось, к тому же недавно приезжал в Винницу бард Алик Мирзаян и так вальяжно его в ритме танго исполнил. Вобщем, перевел и его. А главное, - закончил то самое свое стихотворение, из-за которого я эти штудии с переводами затеял. Отправился спать. А на следующий день прочитал переводы и удивился. Они мне показались такими близкими, как будто это мои собственные стихи. Вот тогда впервые ощутил магию перевода-перевоза, дела не менее трудного, и не менее захватывающего, чем (см. вначале) выжатие из себя выжитого собою в свое же мовное пространство. С тех пор я каждый год предпринимаю по несколько попыток перевода, в том числе и украинизации Бродского. Не всегда получается, но я стараюсь.

Здесь я выложу все, что получилось той ночью, 22 года назад - три билингвы и одно мое стихотворение.

     В деревне Бог живет не по углам,                 Бог на селі живе не по кутках,
     как думают насмешники, а всюду.                як кажуть ті, хто любить глузувати.
     Он освящает кровлю и посуду                        Він скрізь. Він відчиняє двері хати,
     и честно двери делит пополам.                     освячує і горщики, і дах
     В деревне Он - в избытке. В чугуне               В селі доволі Бога. В казані
     Он варит по субботам чечевицу,                    він по суботах варить чечевицю,
     приплясывает сонно на огне,                         куняючи, танцює на вогні,
     подмигивает мне, как очевидцу.                    підморгує мені, як очевидцю.
     Он изгороди ставит. Выдает                           Ладнає тин. Дівчину віддає
     девицу за лесничего. И в шутку                       він за лісничого і жартома, між ділом,
     устраивает вечный недолет                            об’їждчику під лікоть піддає,
     объездчику, стреляющему в утку.                  щоб той ніколи качки не поцілив.
     Возможность же все это наблюдать,           Можливість маю це спостерігать,
     к осеннему прислушиваясь свисту,               вдивляючись в осінню даль пречисту.
     единственная, в общем, благодать,              Гадаю, то єдина благодать,
     доступная в деревне атеисту.                         що на селі доступна атеїсту.

1965. Переклад здійснено у 1987 р.

Элегия                                                 Елегія
                          М. Б.

Подруга милая, кабак все тот же.                       О мила жінко, в цій корчмі знайомій
Все та же дрянь красуется на стенах,                ніяких змін. На стінах мазанина
все те же цены. Лучше ли вино?                          та ж сама. Як і ціни. А вино -
Не думаю; не лучше и не хуже.                             гадаю, теж - не краще і не гірше.

Прогресса нет. И хорошо, что нет.                       Нема прогресу. Гарно, що нема.

Пилот почтовой линии, один,                                Пілот, що возить пошту, в самоті
как падший ангел, глушит водку. Скрипки         горілку глушить, ніби гнаний янгол.
еще по старой памяти волнуют                            За скрипкою, по пам'яті старій
мое воображение. В окне                                     душа мандрує. Бачу за вікном
маячат белые, как девство, крыши,                   сніг на дахах, незайманий, як дівство.
и колокол гудит. Уже темно.                                  Вже сутінки. На вежі дзвін гуде.

Зачем лгала ты? И зачем мой слух                     Чому брехала? І чому мій слух
уже не отличает лжи от правды,                          не відрізняє вже брехні від правди,
а требует каких-то новых слов,                             а тільки вимагає слів нових,
неведомых тебе - глухих, чужих,                           яких не знаєш ти - глухих і темних,
но быть произнесенными могущих,                   але таких, що вимовити може,
как прежде, только голосом твоим.                  як і раніше, тільки голос твій.

        1968, Паланга.                                                    Переклад здійснено у 1987 р.

ОДНОМУ ТИРАНУ ОДНОМУ ТИРАНОВІ

Он здесь бывал: еще не в галифе — Він тут бував: іще не в галіфе -
в пальто из драпа; сдержанный, сутулый. в пальті із драпа; стриманий, сутулий.
Арестом завсегдатаев кафе Пізніше всіх завсідників кафе
пвіокончив позже с мировой культурой, він знищить. Внесок в світову культуру
он этим как бы отомстил (не им, зі знаком мінус - помста. Ні, не їм.
но Времени) за бедность, униженья, А Долі - за приниження, гонитви,
за скверный кофе, скуку и сраженья за кепську каву, за картярні битви,
в двадцать одно, проигранные им. що програвав суперникам своїм.

И Время проглотило эту месть. І Доля помсту проковтнула. Втім,
Теперь здесь людно, многие смеются, тут знову сміх, і ніде повернутись.
гремят пластинки. Но пред тем, как сесть Гримлять фокстроти. Але перед тим,
за столик, как-то тянет оглянуться. як сісти, якось тягне озирнутись.
Везде пластмасса, никель — все не то; Скрізь нікель, пластик, - ніби ви в авто;
в пирожных привкус бромистого натра. в еклерах - присмак бромистого натру.
Порой, перед закрытьем, из театра Подеколи, вертаючись з театру,
он здесь бывает, но инкогнито. він тут бува, але інкогніто.

Когда он входит, все они встают. Коли він входить, разом всі вони
Одни — по службе, прочие — от счастья. встають, - хто по роботі, хто від щастя.
Движением ладони от запястья Долонею, повільно, від зап'ястя
он возвращает вечеру уют. він знак дає: облишимо чини;
Он пьет свой кофе — лучший, чем тогда, і каву п'є (не той огидний злак!),
и ест рогалик, примостившись в кресле, бере рогалик (чом не похрумтіти?)-
столь вкусный, что и мертвые "о да!" такий смачний, що і мерці - о так! -
воскликнули бы, если бы воскресли. з цим згодились, якщо б їх розбудити.

Январь 1972. Переклад здійснено у 1987 р.

А теперь то мое стихотворение, которое смог завершить, поупражнявшись в переводе.
А тепер та моя поезія, яку я зміг завершити після перекладацьких штудій.

Лист Письмо (подстрочник)

Як хороше одержати листа, Как приятно получить письмо
в якому буркотливий незнайомець в котором ворчливый незнакомец
сповіщує тебе, що ти дурний, сообщает тебе, что ты глуп,
немов отой шматок деревини. как вон тот кусок древесины.

Над головою вітами хита Над головой колышет ветвями
чи клен, чи липа. или клен, или липа.
Радий, що відомість Радуюсь, что вести
дійшла до тебе, співчутливцю мій! достигли тебя, мой сопереживатель!
Як ти живеш, і хто твої сини? Как ты живешь, и кто твои сыновья?
Над степом день. Збираюся в мандрівку. Над степью день. Собираюсь в путешествие.
В твоїх краях ніколи не бував. В твоих краях никогда не бывал.

1987.

Иосиф Бродский в украинских переводах. И о переводах вообще.

Wed, 04 Feb 2009 15:09:01 GMT

Мой приятель Костя Бушинский попросил переслать нужный для его проекта один из моих переводов (точнее, - версий) стихотворений Иосифа Бродского.Я решил сделать это через Живой Журнал. Во-первых, чтобы оживить мою, пока еще не очень живую его страницу. Во-вторых, потому, что билингвы - это интересно, тем более, русско-украинские, то есть понятные многим моим нынешним и бывшим соотечественникам. В-третьих, неоднократно уважаемые мною люди советовали и просили опубликовать мои переводы, но все как-то не получалось. Поэтому, исходя из известного положения - "вы хотите переводов? - их у нас есть!" - буду потихоньку размещать их тут. В-четвертых, - потому что вчера, проглядывая Сеть в поисках вариантов переводов текста песни "Чаттануга чу-чу", я еще раз увидел, как много людей в своих попытках перевода., прежде всего - поэтического, тратят силы на то, чтобы, образно говоря, "перевезти" через реку Логоса с одного берега-лингвы на другой то, что перевезти невозможно, как невозможно перевезти левизну левого берега на берег правый. Ведь река Логоса - не стоячий водоем, она течет, и, относительно этого глобального исторического течения, берега разных языковых традиций ориентированы по-разному, да и само течение Логоса с них смотрится неодинаково.

Случай с "Чаттанугой по-русски" - яркий пример. Отношение среднего американца 30-40-ых к "железке", вернее, к сети скоростных "железок", покрывших страну, не имеет прецедента в нашей культуре. Поэтому у нас нет ни подходящего арго, ни нужных адекватных образов. Впрочем, что-то подобное имеется. - в еврейской местечковой традиции, где аналогом Чаттануги выступает общеизвестная, благодаря анекдотам, Жмеринка - такое же захолустное местечко, неожиданно для себя ставшее оживленной узловой станцией.. И аналог песни имеется - пресловутая "7-40". Но это другая жизнь, другая речь, другая музыка. И ее тохе на англо-амриканский берег не перевезти..

Вобщем, с оглядкой на вышеизложенное, буду помещать не только переводы, а и короткие эссе, посвященные этому жанру.
А сейчас - первая билингва.

Иосиф Бродский
24 декабря 1971 года                                                         24 грудня 1971 року.

В Рождество все немного волхвы.                             На Різдво всі ми трохи волхви.
В продовольственных слякоть и давка.                  В продовольчих вітрини з дарами
Из-за банки кофейной халвы                                     потонули б у морі рухви,
производит осаду прилавка                                       та, на щастя, треновані дами
грудой свёртков навьюченный люд:                         стрімголов обслуговують люд:
каждый сам себе царь и верблюд.                          кожний сам собі цар і верблюд.

Сетки, сумки, авоськи, кульки,                                  Скрізь - портфелі, пакунки, кульки,
шапки, галстуки, сбитые набок.                                 перекручені шапки, краватки.
Запах водки, хвои и трески,                                        В банках скачуть живі огірки.
мандаринов, корицы и яблок.                                   Закликає юрбу до порядку
Хаос лиц, и не видно тропы                                       активіст. Це ми так пізнаєм
в Вифлеем из-за снежной крупы.                            ту стезю, що веде в Віфлеєм.

И разносчики скромных даров                                  І володарі ницих дарів
в транспорт прыгают, ломятся в двери,                  вже в трамваях розтискують двері,
исчезают в провалах дворов,                                     поринають в провалля дворів, -
даже зная, что пусто в пещере:                                 навіть ті, в кого пустка в печері,
ни животных, ни яслей, ни Той,                                 де до ясел не схилиться Та,
над Которою – нимб золотой.                                    над якою дуга золота.

Пустота. Но при мысли о ней                                    Порожнеча. Та в думках Її
видишь вдруг как бы свет ниоткуда.                        як згадаєш, то й світло проллється.
Знал бы Ирод, что чем он сильней,                        Довгі, Іроде, руці твої,
тем верней, неизбежнее чудо.                                 і від того Різдво не минеться.
Постоянство такого родства –                                  Це не просто гучний силогізм, -
основной механизм Рождества.                              це Різдва головний механізм.

То и празднуют ныне везде,                                      Це й святкують. І людство веде
что Его приближенье, сдвигая                                 до столів не гостина, не спрага.
все столы. Не потребность в звезде                       Всіх єднає бажання святе, -
пусть ещё, но уж воля благая                                   як не зірки, то щирого блага.
в человеках видна издали,                                        Ось чому всі не дивляться вниз,
и костры пастухи разожгли.                                       і погонич роздмухує хмиз.

Валит снег; не дымят, но трубят                              Білі лиця. Надворі мете,
трубы кровель. Все лица, как пятна.                     і ревуть димарі, наче звіри.
Ирод пьёт. Бабы прячут ребят.                               Цар пиячить. Ховають дітей,
Кто грядёт – никому непонятно:                              бо від страху хитається віра,
мы не знаем примет, и сердца –                            бо волхвам по країні усій
могут вдруг не признать пришлеца.                       невідомі прикмети месій.

Но, когда на дверном сквозняке                            Та одразу той страх відпуска,
из тумана ночного густого                                         коли постать, закутана в хустку
возникает фигура в платке,                                      на порозі твоїм виника
и Младенца, и Духа Святого                                     серед протягів, краючих пустку.
ощущаешь в себе без стыда;                                   Бога в серці відчуєш на мить,
смотришь в небо и видишь – звезда.                    глянеш в небо - там зірка горить.

1972                                                                                 Переклад здійснено бл. 1990 р.

Збручский идол, меч-кладенец и Chattanooga choo choo

Tue, 03 Feb 2009 16:27:21 GMT

Сегодня удачный весенний день (поскольку весна - это когда день ощутимо надвигается на ночь), и все получается. Решил поделиться своим весенним везением (точнее, добытыми с помощью его двумя трофеями - пока двумя, ведь еще не вечер!)с теми, кто меня читает.
Первый трофей касается научных дел, и сейчас я обозначу его коротенько, а полнее выложу в приложенни, но попозже. Итак, обозначаю. Последние 10 дней я занимаюсь изучением знаменитого збручского каменного четырехликого идола, памятника очень интересного - и по содержанию, и по сопутствующим обстоятельствам. Так, с его находкой связано имя известного в середине XIX ст. авантюриста и одновременно очень предприимчивого богатея графа Мечислава Потоцкого. Кстати, подобное совпадение одиозности открываемого и открывателя выявилось полувеком раньше, я имею в виду находку знаменитого "тмутараканского камня", "находчиком" которого был очень схожий с М.Потоцким своим авантюризмом и предприимчивостью Генеральный судья Черноморского войска Антон Головатый. Но сегодня я занимался не обстоятельствами находки, и не находчиками, а самой находкой, а именно - я старался улучшить, уже вобщем-то полученное ранее объяснение значения символов, изображенных на 4-х гранях идола. Речь идет о круге (который принято считать солярным, но я бы назвал более общо - сакральным, связанным, например, с таким понятием как душа), роге (в роли сосуда для питья), меча и кольца. Так вот, весеннее везение "привезло-привязало" эти предметы - сакральный круг (это может быть нашейная гривна), рог, меч и пояс к факту, который я хорошо знал, но почему-то в данном случае не использовал: эти предметы являют собой части, скажем так, - клад-уклада, т.е. необходимого, "правильного" оснащения мужа-воина-вождя. Кстати, эту утварь-уклад видим практически на всех каменных степовых бабах. Обретенная связь сразу дала кучу подтверждений и связок в моем исследовании (расскажу позже).
А сейчас приведу только один красивый побочный результат, а именно, - этимологию известного древнерусского парного слова "меч-кладенец". Т.е. это меч, который есть необходимой частью уклада, порядка,в данном случае оснащения воина-вождя, богатыря, если хотите, символа народа. Парность здесь получается по причине существования двух параллельных названий меча. Первое - "меч" как меч, т.е. это - бытовое название, принятое в той или иной языковой общности-общине. Второе - "кладенец" - характеризует меч как часть уклада, принятого уже не одной, а целой целой совокупностью общин, объединенных уже не только бытом, бытовым языком, родством, а и логосом - религией, мировоззрением, законом-кладом-укладом.

Посмотрел в "гугль", ужас! - 24 000 страниц с "мечом-кладенцом". Может, в этой прорве результатов есть что-то наподобие моего, но сил пересмотреть - где взять? Выбрал наугад один сайт между 90 и 100 номерами. Хороший умный человек, неплохо написал про этот самый "м-к", но от истины (с моей т.зр.) далек. Написал ему примерно то же, что изложил здесь.

Другой сегодняшний трофей был добыт, когда я, решив отдышаться и отдохнуть после перемоги науковой, взял гитару и сыграл свою любимую Chattanooga choo choo. Кстати, эта песня тоже "переможная", - одна из самых любимых песен амерканских вояк второй мировой. Снова глянул в Гугль (да здравствует гугль!) и узнал,что в мае, т.е. опять же весной, но 44-го (весна - сегодняшняя красная нить)перед вторжением была предпринята операция ВВС по разрушению железнодорожной сети западной Франции. Эта операция была названа "чаттануга чучу", потому что песня эта - про железнодорожную (но, правда, совсем мирную - к красотке в гости) поездку. В 50-е и начале 60-ых Ч Ч была одной из наипопулярнейших стиляжских песенок. Я долго (лет 10 тому была предпринята первая попытка) старался написать какие-нибудь "стиляжские" слова на музыку Ч Ч, но получилось только сегодня - причем с нуля, без заготовок (да здравствует весна!).

Все - в коммунизм,
а я купил себе носочки.
Веселый хлам -
под стать апрельским делам!
Вся моя жизнь
в полосочку,
и дни, и ночки,
на моих носочках,
где свет и тьма пополам.

Еду по Европе,
пролагает свой след
шестицилиндровый
кореш - велосипед.
Бак залит горючим, -
это значит - чучу
буду долго-долго петь, -
хоть тысячу лет!

Еду по Европе,
еду сам, далеко.
Словно вождь народов
про свою Сулико,
я пою про чучу,
что намного лучше,
потому что с чучей
жить на свете легко!

Всем удачи и весны! А.С.

Последнее дополнение к журнальной записи от 14.01.2009

Thu, 15 Jan 2009 05:27:04 GMT

Завершение подборки текстов песен и эссе проекта "Анатолий Секретарев. Песни местечковые и хуторянские".

Тяжиловский жасмин.

Жасмин всегда казался мне растением, попавшим в наши широты по счастливому недоразумению. Его явно восточный, навевающий *романтические видения аромат совершенно не похож на запахи прочих цветов нашей флоры.

Как-то на Тяжиловке, проходя мимо цветущего жасминного куста, зажатого между стенами двух складских сооружений, я увидел возле него принюхивающегося работягу, очевидно, влюбленного и, несомненно, не очень трезвого. Мне показалось, что этот тяжиловский романтик задумал назначить свидание своей пассии именно здесь, возле цветущего жасмина. Спросить об этом у него я не решился, а вот песню, чтобы закрепить эту мою фантазию, возможно, лишь навеянную жасминным ароматом, написал.

В переулке, где царил

запах пыли и бензина,

майской ночью куст жасмина

лепестки свои раскрыл.

И нездешний аромат

всю округу одурманил, -

словно в нашей глухомани

вдруг расцвел японский сад.

И сосед, приятель мой,

раздобыв с утра червонец,

ходит целый день косой, -

что поделаешь - японец!.

И, конечно, неспроста

в этот майский чудный вечер

я тебе назначил встречу

у цветущего куста.

Сам немного задержусь,

а потом из-за сарая,

словно призрак самурая,

пред тобою появлюсь.

И тогда воскликнешь ты

(под воздействием жасмина):

- Что за гений красоты

этот сказочный мужчина?!

- Да это я, твой Коля!

. бл. 1991.

Учительский роман.

Большинству школьников учителя долгое время кажутся существами, предназначенными исключительно для того, чтобы излагать, опрашивать, ставить оценки, вызывать родителей и т.п. И только в старших классах школьник начинает понимать, что ничто человеческое его наставникам не чуждо.

Стоит заметить, что в советские времена стерильность образа школьного учителя культивировалась особенно жестко. За идейным и моральным обликом учителей неусыпно следили горОНО, облОНО, партийные и иные органы. И поэтому учителя советской школы, в первую очередь те, кому приходилось чаще внедрять в умы своих подопечных азы советской ментальности, т.е. историки, языковеды-литераторы, преподаватели обществоведения, сами привыкали к роли человека в футляре, человека-винтика, чьи мысли, слова и поступки строго регламентированы системой.

Песня, посвященная учительскому житью-бытью, была написана в начале 1980-ых годов, когда автор сам усердно трудился на ниве образования, правда, не в школе, а в вузе, где преподавателям жилось гораздо вольготнее. Среди моих знакомых было много школьных математиков, а, к слову сказать, среди винницких учителей математики, науки аполитичной и трудно контролируемой системой, было много личностей выдающихся, состоявшихся как профессионалы и завоевавших себе право оставаться свободными людьми даже в стенах советской школы.

Им, в первую очередь, и посвящена эта песня.

Как бесконечен педсовет, толкущий мерно воду в ступе!

Видать, о нем сказал поэт - “товарищ, верь, конец наступит”,

коллеги вспрянут ото сна и резво выбегут из школы,

в бездонной книге протоколов свои оставив имена.

Мой верный друг - завхоз Кузьмич, рукой помашет практикантке,

директор сядет в свой “Москвич”, физрук проводит англичанку.

А вечер дьявольски хорош, - тряхнем, дружище, стариною, -

раздавим на троих с весною бутылку белого “сур`ож”.

Давай нальем, но я прошу, - ни слова про паркет и рамы,

не то возьму да расскажу тебе про новую программу!

Ведь в круге слов и дел земных есть вещи и поинтересней.

Давай, к примеру, сходим вместе мы в гости к Танечке Черных.

Ну что ты смотришь? Пей вино! Все было так смешно и странно, -

письмо, директор, гороно, - финал учительских романов...

Она ушла от нас в детсад, а я опять - к семейным узам.

Кузьмич, похоже, из медузы состряпан этот вот салат!

Кузьмич дослушал мой рассказ и выдал просто, без прелюдий:

- Кто струсил в воздухе хоть раз, то тот летать уже не будет!

Я с этой истиной простой провел лет двадцать за штурвалом.

А это, парень, срок немалый. И ты, давай, ее усвой!.

Апрельский дождик грозовой сипел и кашлял, как астматик.

Брели по улице ночной друзья - завхоз и математик.

И мир, как школьный коридор, был пуст, - весна вела уроки,

учитель мудрый и нестрогий - всем истинам наперекор.

1984.

Холостяк.

Идея написать эту песню появилась где-то в середине восьмидесятых годов, когда, после субботнего обеденного дождика, я встретил на проспекте Коцюбинского, возле Дома офицеров, сорокалетнего мужчину, одеяние которого состояло из вещей, бывшими предметом вожделения винницких "моднячих хлопцев" лет этак двадцать тому назад. Я сразу понял, что мой встречный - холостяк. Ведь зрелый женатый мужчина вряд ли будет стремиться выглядеть так, как ему хотелось выглядеть в глазах своих приятелей и, понятное дело, представительниц прекрасного пола, в далекой молодости.

И еще одно зацепило меня в этой мимолетной встрече. В облике сорокалетнего шестидесятника проглядывалась какая-то уверенность в том, что прожить жизнь иначе, чем ему это удалось, было нельзя. Вот такая, мол, выпала, карта, - все, чем хотелось обладать в юности, стало доступным только сейчас. И слава Богу.

Погодка выдалась так-сяк - субботняя погодка,

на выходные, как всегда, то ветер, то дождит.

Идет бульваром холостяк, тверда его походка,

и белизна его манжет, и непреклонный вид.

На нем красуется пиджак заветного фасона,

и галстук в стиле "ливерпуль" - давнишняя мечта.

Ах, все бы девочки с ума сошли б определенно,

пройдись он двадцать лет назад по этим же местам.

Но двадцать лет тому назад, когда мы вышли в космос,

пил отчим, мать опять слегла, а брату было шесть.

И он на свой второй разряд лишь битловские космы

мог отпустить до самых плеч, худых и твердых плеч.

Но время выровняло все, и горя нет в помине.

Он выжил, выстоял, отдал сполна и до конца.

Идет бульваром холостяк, как ледокол в пустыне.

Мир постарел на двадцать лет, а он еще пацан.

. 1986.

Шлях на Літин.

(текст єссе будет подан и в русском варианте).

Пісню написано за почутою від вінницької старожительки Г.Т. Юхимчук історією про хлопця Івана, який (це було десь у 1920-і роки) заходився копати криницю край Літинського

шляху. За словами оповідачки, ця криниця знаходилась в урочищі "Долинки`" - так звалися двв яра з ручаями, які перетинали Літинський шлях (зараз - Хмільницьке шосе) в районі вулиці Максимовича. Далі цитую оповідачку: “Отже, Іван був хлопець дужий, то ж швидко й води дістався. Сів в останню цеберу з глиною, кричить людям - тягніть! Ті потягли, але мотуззя увірвалося, Іван впав і забив спину. З того часу заслаб він на ноги, але руки мав міцні, ходив на милицях. Щоранку приходив Іван до своєї криниці. А вода у ній була дуже гарна! Тож набере Іван повні балії для коней та худоби, для людей - кухлі, глеки і напуває усіх, хто до нього з шляху завертає. І давали йому люди за це добру ціну - що кому не жалко. Отак він і жив.”

Історія ця вразила мене своєю схожістю з бібілійними притчами з їх невичерпним, незбагненним до кінця змістом. Тож і пісня вийшла дещо таємничою, викликаючою і у виконавця, і у слухача (про це я чув неодноразово) кожного разу нові думки і асоціації.

Шлях на Літин, чорні липи, небо з криці.

Завертаймо, куме, коней до кирниці.

Завертаймо, куме, коней до Івана,

до Івана, водяного дідугана.

Як кидав Господь у прірву Люцифера,

так летіла та останняя цебера,

так летіла, що як крила руки стали,

та й до милиць назавжди поприростали.

Доля щира, доля темна, - як криниця.

Не журіться, добрі люди, не журіться.

Дай-но нам води, Іване, з твого глека.

Пиймо, куме, бо ще їхати далеко!

1988.

Предпоследнее дополнение к журнальной записи от 14.01.2008

Thu, 15 Jan 2009 05:00:52 GMT

Продолжение подборки текстов песен и эссе для проекта "Анатолий Секретарев. Песни местечковые и хуторянские".

Послевоенный сарайчик.

Послевоенное время похоже на долгожданную, хоть и голодную весну, наступившую после тягостной, суровой зимы: кругом рожденье, цветенье, прорастанье - пускай не роскошное, зато обильное, бурное, настырное. Именно поэтому так много жителей, деревьев и строений нашего города увидело свет в конце сороковых. Что касается строений, то в большинстве своем это были сооружения никак не капитальные. Немногие из этих послевоенных времянок, флигельков и сарайчиков дожили до наших дней, но те, которые уцелели, являют собою легко узнаваемые, трогательные памятки, конечно, не архитектуры и градостроительства, а кое-чего поважнее - искусства оновлять жизнь и радоваться ей, довольствуясь малым.

Теперь несколько слов о персонажах этой песни. Образ Володьки-пулеметчика вымышленный, но он является квинтэссенцией нескольких схожих меж собою реальных образов фронтовиков, с которыми автор был знаком и непосредственно, и понаслышке. Друг Володьки, хирург, - образ тоже вымышленный, он являет собою дань памяти жертв одной из послевоенных репрессий, а именно - той, которую затеяли в конце 40-ых пекущиеся о своем здоровье стареющие советские бонзы против якобы стремящихся сжить их со свету врачей-вредителей.

И все-таки центральным образом песни есть образ самого сарайчика. Неожиданно для автора, он оказался несущим чрезвычайно глубокую символическую нагрузку. Размышления, возникшие во время написания этого эссе, сложились в довольно громоздкую статью, затрагивающую проблемы весьма широкие, я бы сказал, глобальные. Даже не верится, что они навеяны образом этого скромного сооружения. Я сначала не собирался помещать эту статью в сопроводительную книжечку диска, но потом все-таки решился. Ведь, в конце концов, эти размышления есть доказательством правдивости того, о чем поется в другой песне - "Мессия в захолустье", а именно - того, что искренние внимание и любовь к мелочам настоящего, к деталям окружающего нас небольшого мирка приводят к усилению внимания и любви ко всему миру земному с его прошлым и будущим, к лучшему пониманию нашего места в нем.

(статья не вмещается в приложение)

В саду моей соседки

в объятьях груш кривых

стоит сарайчик ветхий

с конца сороковых.

Его воздвиг не зодчий,

а из последних сил

Володька-пулеметчик

его гвоздями сшил.

Припев:

Он жил с соседкой,

он пил нередко,

и вспоминал войну примерно так:

эти медали

по пьянке дали,

а этот орден -

просто так.

Потом открылись раны,

но оказался вдруг

агентом иностранным

Володькин друг-хирург.

Их схоронили в мае,

не рядом, но подряд,

и до сих пор в сарае

их удочки стоят.

Припев:

В нем пили-ели,

в нем песни пели,

паяли блесны и учились шить,

Не нужно рая, -

в простом сарае

вполне по-райски можно жить.

Так пусть стоит, нетленный,

открытый всем ветрам,

военно-невоенный

тот памятник добра,

в саду, на южном склоне,

лицом на Южный Буг.

**И мир, как на ладони,

и ясно все вокруг!

Припев:

В нем пили-ели,

в нем песни пели,

паяли блесны и учились шить.

Не нужно рая, -

в простом сарае

вполне по-райски можно жить.

Провинциальная музыка.

Несет дымком провинциальным

от детской музыки моей.

Дорога к школе музыкальной

вилась меж лип и тополей.

И, огибая рынок шумный,

где гомон гулок, как арбуз,

я шел, и с нотной папки Шуман

глядел на Тань и на Марусь.

Потом был домик кривобокий

под звучной вывеской “Салон”.

Там офицерам мылил щеки

седой маэстро Мендельсон.

А там, где парк самозабвенно

вкушал под Ойстраха ситро,

гудел в тиши послевоенной

глубокий, словно бас, Днепро.

Мне трудно музыка давалась,

ее лады и письмена,

да так поныне и осталась

китайской грамотой она.

Но лишь заслышу - пианино

бренчит в распахнутом окне, -

опять становятся едины

и жизнь, и музыка во мне.

1982.

Солдат привез майора...

Солдат привез майора

в районный городок,

машину у конторы

поставил в холодок.

А в городишке этом

нет воинских частей,

комендатуры нету,

а, значит, патрулей.

Зато есть полдень жаркий

и трешка в галифе,

и смуглая цыганка

за столиком в кафе.

И можно улыбнуться

всему, что хочет жить,

цигаркой затянуться,

стоять и не спешить,

и слушать бормотанье

запруды у реки,

и мысли, как цыгане,

пленительно легки.

1989.

Бонус: моя песня "Весна", исполненная вместе с П.Шепетой (ф-но) и М.Гладецким (контрабас).
http://www.divshare.com/flash/playlist?myId=6750113-1ae

Дополнение к журнальной записи от 14.012009

Thu, 15 Jan 2009 04:47:58 GMT

Продолжение подборки текстов песен и эссе музыкально-литературного проекта "Анатолий Секретарев. Песни местечковые и хуторянские"

Вова Финкельзон.

"Мы познакомились на танцплощадке в парке Горького. " "А мы встретились впервые на Химике." Так могут сказать о себе многие винницкие семейные пары, из тех, которые сейчас справляют золотые и серебряные свадьбы. И действительно, в Виннице 50-70-ых годов было два главных места молодежной тусовки. Первое - это огромная, понятное дело, по нашим провинциальным масштабам, обнесенная оградой из железных прутьев и потому смахивающая на вольер в зоопарке, открытая танцевальная арена в городском парке. Другое место танцев и знакомств находилось в клубе химзавода. Эта тусовка считалась элитной, там, даже в пору завзятой борьбы со стилягами и растлевающим влиянием Запада, играл джазовый оркестр.

Саксофонист Вова Финкельзон, король местечковой танцплощадки - вымышленная персона, составленная из образов нескольких музыкантов, в том числе и винницких, под музыку которых довелось в свое время выплясывать и вашему покорному слуге. С одним из них, которого, на самом деле, звали Володей, несколько раз происходила история, описанная в песне, а именно: саксофон, утерянный во время очередного загула, неизменно возвращался к своему владельцу. И это понятно, - без Володиного саксофона танцы уже не танцы, а без танцев молодым никак нельзя.

Кстати, записывая эту историю, я вспомнил, к сожалению, смутно, еще одну когда-то слышанную байку, которая в песню не вошла: мать одного из винницких фанатов сакса, жившего на Старом Городе, пытаясь, как мне объясняли, пресечь пагубное увлечение сына, закапывала саксофон на огороде. Думаю, она закапывала его неглубоко и весной. И вовсе не ради пресечения, а, наоборот, для стимуляции - процесса возделки угодий.

Что касается "короля свинга" Бенни Гудмана, сына выходца из местечковой зоны, то гастроли по Советского Союзу джазового оркестра под его управлением, действительно, состоялись в начале 60-ых годов, причем один концерт было дан в Украине, в Киеве. Бенни хотел дать еще один, уже бесплатный, концерт - в Белой Церкви, откуда был родом его отец, но власти отказали. Понятное дело, Беню не могло не интересовать, что и как играют музыканты на его "батькивщине", поэтому встреча Гудмана, скажем так, с Вовой Финкельзоном и иже с ним, вполне могла произойти. Думаю, она привела к взаимному разочарованию. Ведь местечковая копия американского джаза, скорей всего, не произвела никакого впечатления на музыканта, привыкшего к оригиналам. Это, конечно, сначала не могло не огорчить Володю. Но с прошествием времени фундаментальный принцип местечкового патриотизма "наше лучше всех", наверняка исповедуемый и маэстро Финкельзоном, вполне мог привести к появлению такого пассажа в беседе: "Бенни Гудман? Помню, как-то довелось и с ним поиграть. Ничего особенного."

Каждый теплый вечер Вова Финкельзон

дул на танцплощадке в чешский саксофон.

И имел Володя бешеный успех, -

ведь у нас в местечке - "наше лучше всех"!

Para-luru-loo - let's dance! Let's dance - para-luru!

Но однажды в город из далеких мест

прибыл Беня Гудман и его оркестр.

Битый час Володя Гудману играл,

но американец Вовку не признал.

Para-luru-loo - let's dance! Let's dance - para-luru!

Пропивал Володя с горя саксофон.

Утром у калитки серебрился он:

ты играй, Володя, ты играй для нас,

здесь не Миссисипи и не Арканзас!

**Para-luru-loo - let's dance! Let's dance - para-luru!

Єврейський хлопчик.

. (текст пісні)

За ніч землю снігом вкрило, -

все містечко стало білим:

біла річка, біла гребля, білий світ.

І до школи, як горобчик,

прострибав єврейський хлопчик

і залишив на подвір'ї перший слід.

Зустрічає його ребе:

"Що ти, хлопче? -

спати ж треба!

А як вже прийшов, то і заходь.

Тож сідаймо біля свічки, -

проводжаймо разом нічку,

бо вона в моїй хатині ще господь..."

За ніч землю снігом вкрило, -

все містечко стало білим:

біла річка, біла гребля, білий світ.

І до школи, як горобчик,

прострибав єврейський хлопчик

і залишив на подвір'ї перший слід.

. 2003.

. Зелена ліщина.

Пам'ятаю, якось ранком, років двісті тому,

може й менше, але це не так важливо, сину,

прибігає мій товариш і волає : "Ану,

піднімайся, і рушаймо по зелену ліщину."

Я спочатку не второпав, але вмився, поїв,

дуже швидко, бо товариш нетерплячий чекає,

вже як вийшли за ворота, він мені розповів,

що ліщина за вокзалом, а де точно - не знає.

Треба йти до лісосмуги повз великі склади,

перелізти огорожу, що навкруг танкодрому,

там побачимо сторожку, і почнуться сади,

а за ними - та ліщина у гаї старому.

Вона класна - дуже довга, і рівнесенька, як

той бамбук, що на базарі продають нам грузини,

але краща. Бо крім того, що вона на дурняк,

більше зловиш, кажуть люди, якщо вудка з ліщини.

Йшли ми довго і недовго, бо цікаво було,

покаталися на танку, на дрезині, на возі,

познайомились з поетом, що мав дивне житло -

жив у бочці з-під горілки, в степу при дорозі.

Він читав нам гарні вірші, але всі не свої,

бо свої читати, каже, - це не дуже етично.

А завершив так: "Колеги, як сказав Навої,

кожна бочка порожніє, а ліщина - то вічне!"

Тож і рушили ми далі, крізь велике буття,

друг мій вже не зовсім поряд, бо пливе на хмарі,

але інших до походу приєднало життя:

той малює, той віршує, той гра на гітарі.

Так і досі я блукаю у тім райськім саду,

загубив початок шляху, геть забув причнну,

та, буває, аж зрадію, як відчую, що йду

красним лугом разом з другом по зелену ліщину.

. 2004 - листопад 2006.

Мессия в захолустье.

Поэты рождаются в Руане, а умирают в Париже. Эта французская пословица, пожалуй, применима не только к стихотворцам, а и ко всем тем людям, которых, как и поэтов, можно отнести к мессиям в широком смысле этого слова, скажем так, - к посланцам всего мира земного в мир человеческий. То, что потребность к мессианству чаще овладевает обитателями Руана, чем Парижа, не удивляет. Ведь стремление понять, описать, воспеть мир земной, а потом - и стремление передать все это иным людям скорее зародится в душе провинциала, человека, более открытого земле и небу, чем у обитателя мегаполиса. Большие города, несмотря на их великость, своим обилием стен, потолков и оград весьма ощутимо сужают чувственный кругозор, необходимый для становления мессии. Да и тяга к странствиям, еще одна необходимая составляющая мессианского образа жизни, легче возникает в душах тех, кто живет в двух шагах от полей и лесов, рек и дорог.

Винница, наверное, относится к золотой середине между Руаном и Парижем. К ней устремляются мессии, рожденные в разбросанных по просторам Подолья селах и районных местечках. Из Винницы, в свою очередь, устремляются в Киев, Москву, Питер и в прочие, более удаленные многомилионные муравейники певцы и преобразователи мира, появившиеся на свет в старогородских усадьбах и пяти-девятиэтажках Вишенки.

Что влечет их, что видели они и что мечтают увидеть?

В глухом провинциальном кабаке,

где синий дым пускают посидельцы,

где падают, как смертники, в пике

цыплячьи пережаренные тельца,

ты слушаешь улыбчивый оркестр,

особенно, невнятную гитару,

и вскрики возбудившихся невест

за столиком районного гусара.

И все казалось виденным уже,

приговоренным к участи суровой,

когда твой взгляд вдруг прикипел к душе,

не падшей, но к падению готовой.

И медленней вращается праща,

все невесомей камни боевые,

и с твоего намокшего плаща

упали на пол капли дождевые.

И вспомнил ты, как долго шел сюда

проселками, вдоль чахлых перелесков,

как птицы покидали провода,

чтоб, воспарив, опять на них усесться.

И ты, прошедший пустошь не одну,

оставивший полмира за спиною,

так радовался красному пятну,

что было недостроенной стеною.

И шел бы, шел, как сирый ученик,

молчанью бесконечному послушный,

когда б не этот город, что возник

в ночной долине сыпью золотушной.

Так вот оно, то место на земле,

где суждено заветам обновиться,

где та душа, как стрелка на нуле

застывшая, не в силах опуститься.

1985.

Паводок.

До постройки в начале 1950-ых годов Сабаровской ГЭС наводнения были сущим бичом прибужских кварталов Винницы. Доставалось и жителям улицы, которая тянется вдоль подножия правобережных круч (сейчас - это улица Свердлова, раньше она носила имя митрополита Петра Могилы). В этой местности проблема паводков порождала специфическую кооперацию "верховых" и "низовых" винничан. Во время разливов жители низин перетаскивали вещички на чердаки, а сами перебирались на постой к соседям-верховинцам. Естественно, постой выбирался по возможности так, чтобы затопленные владения оставались для переселившихся хозяев в пределах прямой видимости. Встречная компенсация за это временное стеснение осуществлялась, очевидно, различными способами. Например, жители прибережья могли присматривать за лодками верховинцев, а то и обеспечивать оным переправу через Буг. Несомненно, такое тесное сближение во время наводнений, особенно - весенних, иногда приводило и к возникновению новых родственных или, по крайней мере, генетических связей между этими двумя винницкими общинами.

А вот неожиданное замечание, я бы даже сказал, открытие, окончательно прояснившее, наконец, автору песни, написанной добрых лет десять тому, смысл последней строки: детей, зачатых в пору, когда вешняя вода уже спала, своими родителями, приглянувшихся друг другу в разгар весеннего паводка, можно назвать "следами, оставленными половодьем" еще и потому, что многие из них могли появиться на свет под знаком Водолея.

В марте так припекло, что весь город оттаял в три дня,

и ручьи отовсюду к реке побежали, звеня.

И видавшие виды домишки у самой реки

затопило - торчат над водой лишь одни чердаки.

Обитатели этих привыкших к потопам домов

перебрались к соседям, живущим на склонах холмов,

и оттуда, вздыхая, в окошки глядят по утрам,

как гуляет вода по безлюдным садам и дворам.

Припев.

Ох. уж этот паводок!

В переулках - заводи.

Все заботы прежние

смыли воды вешние.

Но сугробы растают, и вешние воды спадут.

Ведь весна наступает, и скоро сады зацветут.

И, простившись с холмами, изгнанники спустятся вниз

и подмокшую примутся снова налаживать жизнь.

А один не вернется, - останется там, на холме.

Он хозяйке своей молодой приглянулся вполне.

Облака отражаются в лужицах талой воды.

Половодье всегда на земле оставляет следы.

Припев.

Thu, 15 Jan 2009 01:46:12 GMT

Ищу поддержку для осуществления музыкально-литературного проекта под условным названием "Анатолий Секретарев. Песни местечково-хуторские". Цель проекта - выпуск альбома, содержащего 15 песен, написанных мною в разные (1982-2008) годы, - 11 русских и 4 украинских.Некоторые из них входили или входят в репертуар и альбомы Андрея Крючкова, группы "Очеретяний кіт (Камышовый кот)", Михаила Барановского, Натальи Дудкиной, Александра Макаренкова. К альбому предполагается приложить буклет с текстами песен, аккордами и эссе, предваряющими каждую из песен. Песни будут исполнены автором (хотя здесь возможны варианты), музыкальную поддержку осуществят квалифицированные музыканты, хорошо знакомые с материалом,среди них - участники группы "Камышовый кот", известные джазовые музыканты Павел Шепета (фортепиано),Максим Гладецкий (контрабас) и другие.
Песни альбома написаны в разных стилях - тут есть джазовые и "околоджазовые" ("Весна", "Паводок", "Жасмин", "Вова Финкельзон", "Послевоенный сарайчик"),балладные ("Зелена ліщина (Зеленый орешник)". "Єврейський хлопчик", "Мессия в захолустье"),традиционно-бардовские ("Холостяк", "Винница, 1948 год", "Учительский роман", "Солдат привез майора". "Провинциальная музыка"),в стиле фрейлахс ("Балагула") и фольк-рок ("Шлях на Літин (Дорога на Литин)").
В доплнении к этой записи я размещаю тексты песен, большинство которых предварено эссе). Имеются и аудиотреки (разного качества), они будут размещены позднее.

Чтобы просмотреть тексты песен и эссе, щелкните здесь, а также перейдите к журнальной записи, расположненной выше, где находится продолжение подборки текстов и эссе.

+Балагула
+Весна (укр.)

+Винница, 1948-й год.

+Вова Финкельзон

+Єврейський хлопчик (укр.) .

+Зелена ліщина» (укр.)

+Мессия в захолустье.

+Паводок.

+Послевоенный сарайчик.

+Провинциальная музыка

+Солдат привез майора.

+Тяжиловский жасмин.

+Учительский роман.

+Холостяк.

+Шлях на Літин (укр.).

Балагула.

Слово "балагула" хорошо знакомо винницким старожилам. На идиш оно означает "возчик, извозчик". А возчиков в нашем городе до появления "жигулей" было хоть отбавляй. Поэтому выражение "нанять балагулу" для жителей Винницы, даже в 50-е годы, было таким же привычным, как в наши времена - "заказать такси". Почему извозчика назівали еврейским словом? Да потому, что извоз на Подолье издавна был одним из наиболее распространенных родов занятий местечкового еврейского люда. Впрочем, среди винницких балагул в 50-е годы евреев было уже гораздо меньше, чем в довоенное время.

Понятно, что по мере автомобилизации извоза число балагул неумолимо сокращалось. В 1991 году мне посчастливилось взять интервью, как оказалось, у последнего еврейского балагулы города Винницы. Вы только подумайте - у последнего еврейского балагулы, у последнего в многотысячном ряду подобных ему балагул, колесивших по Подолью на протяжении многих веков. Приведу полный текст этого интервью, опубликованный в газете "Резонанс" за 15-20 января 1991 года.

(текст интервью будет подан и в русском варианте).

- Гей, добрий день ! Можна вас сфотографувати?

- Тпр-р. Пожалуйста.

- Ви не дуже спішите?

- Не дуже.

- То я вас трохи попитаю, а ви відповісте?

- Я весь вніманіє.

- Як вас звуть?

- Друзі мене звуть Льовка, а за пашпортом я - Лев Борисович Барбер.

- З прізвища виходить, що хтось з ваших предків був перукарем. А ви весь час працювали візником?

- Так. Все своє життя. Візником робив і до війни, і після неї, і зараз ним роблю.

- Як звуть вашу конячку? Розкажіть, будь ласка про неї.

- Це в мене Зойка. Гарна кобилка, роботяща. Їй зараз дев'ять років, а взяв я її
ще лошицею, тоді їй три роки було.

- Багато, мабуть, у вас коней перебувало?

- Ой, багато, до Зойки в мене був Шпак, до Шпака - Рябий...

- А який кінь самий гарний був?

- Гадаю, найкраща з них - це моя Зойка, остання...

- Скажіть, а як ви вирішуєте продовольчу, тобто фуражну, проблему?

- Контора "Вторсировина", де я працюю, видає на рік моїй кобилі тону вівсу.

- А на базарі підробляєте як балагула?

- Так. Але тільки по суботах та неділях.

- Колись професія балагули була тут дуже поширена, особливо серед євреїв. А скільки зараз балагул у Вінниці?

- Нас залишилось четверо, причому єврей — тільки я один. Ще кілька років тому нас було у Вінниці багато. Машину мало хто тоді мав, і роботи нам було вдосталь: кому меблі підвезти, кому картоплю чи капусту з базару.

- Яка тоді була у вас такса і яка вона зараз?

- Ну, раніше, якщо кудись в село **під Вінницею чи на Великі Хутори, то брав аж п'ять карбованців, по місту - десь три. Зараз такса піднялась, бо гроші стали дешеві. Зараз, якщо на Вишеньку, в кінець, то можна і 20 карбованців правити.

- Скажіть, а багато маєте дітей, онуків?

- Багато. Щоправда, багато їх вже і повиїхало звідси.

- А ви самі не збираєтесь виїжджати?

- Ні. Ізраїль дуже далеко. Моя Зойка туди не доїде.

Ми попрощалися. Весела, вгодована Зойка легко зрушила з місця і подріботіла асфальтом. Її блискуча, добряче вичищена шкіра виразно контрастувала з більш ніж скромним вбранням самого хазяїна. Одразу видно професіонала — перш за все дбає про те, що його годує. Дай Бог йому щастя!

Балагула, балагула,

время дышло повернуло,

и средь уличного гула

редко слышен стук копыт.

Но еще в груди местечка

бьется сердце человечка,

что, как баба на крылечке,

на возке своем сидит.

Балагула, балагула

помнит ругань осавула,

помнит степи Барнаула

и обозы нд Днестром.

Жаль, что не с кем сесть под сливкой,

погутарить за бутылкой, -

только с Зойкою, кобылкой,

можно вспомнить о былом.

Балагула, балагула...

Сколько разных ветров дуло!

Но не сдуло, не продуло,

хоть ветрами и подбит

френчик твой военной кройки,

ветхий прадед перестройки.

Но зато на сытой Зойке

шерстка гладкая блестит.

Балагула, балагула....

Скольких время умыкнуло!

В черных тучах потонула

там, за хутором, луна.

Но, когда тоска накатит,

подойду к старинной хате

и скажу: "Шалом, приятель!

Выпьем чарочку вина!"

. .1991.

Весна.

(текст єссе будет подан и в русском варианте).

Пісню «Весна", хоча її і написано у Вінниці, слід віднести не до "вінницьких", а до "підвінницьких", "хутірських", точніше - "комарівських" пісень автора. Комарів - це прибузьке село невіддалік Вінниці. Я прожив у Комарові 4 роки - з 2002-го по 2006-ий. Ці роки були дуже плідними, насамперед, - на вірші і наукові опуси. Сприяло такій родючості багато обставин. Зокрема, - можливість досить часто вирушати у приємні кілометрові подорожі на рибалку. Навесні це були виправи до затоки біля залишків греблі колишнього водяного млина. Мілка затока ця швидко прогрівалася весняним сонцем, тож і ставала місцем жвавого весняного гармидеру усілякої водяної живності.

Тепер щодо попа-рибалки і цадика з Межибожа, які з'являються у пісні. Батюшка з вудкою, який відпочиває на березі річки, є вельми типовим образом сільської української традиції. Та і сам я неодноразово зустрічав пастирей-рибалок під час своїх мандрівок по дніпровських і подільських рибальських урочищах. Що ж до цадика з Межибожа, то це образ цілком конкретний, запозичений автором з однієї канонічної хасидської історії. В ній йдеться про ребе Бера з Меджибожа, який, за словами його учнів, часто вирушав навесні до води, щоб, як казав сам ребе, "навчитися тієї пісні, якою жабки славлять Бога".

Весна, весна! Я разом з горобцями

збираюся в політ до річки край села, -

а та кипить - жабами, карасями,

хоч вчора ще спала, так міцно ще спала.

Весна, весна! Як цадик з Межибожа

або рибалка-піп, йду слухати пісні,

якими ця шумка малеча Божа

творить хвалу весні, творить хвалу весні.

. 12-14.02. 2008.

Винница, 1948- й год.

Сначала несколько дат. Действие этой песни, написанной в 1984-ом году, происходит в мае 1948-го. Автор песни родился в январе 1947-го, а винничанином стал в июле 1975-го. Итак, получается, что во времена, описанные в песне, ее автору было от роду год с небольшим, а написана она была после девятилетнего пребывания автора в утробе его новой альма-матер (на латыни это выражение означает "кормящая мать"). Таким образом, из всей приведенной хронологии вытекает, что созданием этого опуса автор стремился (очевидно, подсознательно), создать и укрепить родственные узы со своей Винницей-кормилицей, стать, по крайней мере, виртуально, "коренным винничанином".

Впрочем, стремление вжиться в новую среду, получше познакомиться с новым местом постоянного проживания вполне естественно. А чтобы понять город, в котором живешь, нужно понять его прошлое. Поэтому я частенько отправлялся в музей, библиотеку, архив, совершал частые прогулки по берегам Южного Буга, по старым улочкам, пытаясь расшифровать винницкие бель-вю, весьма, кстати, отличные от моих родных черкасских, приднепровских пейзажей. Но этого было недостаточно. Город - это прежде всего горожане, поэтому, встречаясь со старожилами нашего города, я постоянно надоедал им просьбами рассказать что-нибудь о себе и о прошлой винницкой жизни. После девяти лет накопления информации и впечатлений появилась потребность как-то реализовать накопленное. Вот так и появилась эта песня.

Чтобы содержание ее было понятней тем, кому не довелось так прилежно изучать винницкую традицию, поясню некоторые фрагменты текста.

В Виннице конца сороковых трамвайный мост, построенный в начале ХХ столетия, проходил через остров Кемпа, с 1957 года - Фестивальный. Несколько опор этого моста сохранилось и поныне.

В образе винницкого начальника выведен далеко не худший представитель многочисленной касты ответственных работников, которым в то сложное, голодное послевоенное время удержаться на постах было непросто. Потому и приходилось им целыми днями мотаться по городу и области по своим хлопотным делам - естественно, в автомобилях. Отечественных "эмок" для всех не хватало, и недостаток компенсировался трофейными и вывезенными в счет репараций авто, в большинстве своем, конечно, немецкого производства. Отсюда и появился в песне "трофейный оппелек".

Церковь святого Миколы - одна из пяти церквей старой Винницы, причем единственая из них, которая не перебралась на правый берег Буга после перенесения туда в конце XVI столетия городского центра. Поэтому и дожило это, не изменившее своим корням церковное подворье до наших дней.

Иерусалимкой в Виннице, как и во многих других подольских местечках, назывался район проживания еврейской мещанской общины. Винницкая Иерусалимка находилась на склонах правого берега Южного Буга, в районе, примыкающем с обеих сторон к нынешней Первомайской улице. Улица эта еще в ХІХ столетии носила название "гостинец", поскольку была частью древнего торгового шляха, которым через Винницу шли купцы или, как их назывли, - гости. Шлях соединял Подолье с Волынью (сейчас в доль него проходит Хмельницкое шоссе). Первое известное мне упоминание шляха встречается в акте 1430-го года, гд еон так и называется - "винницкий гостинец".

Воскресение. Колокольный май.

Утро светлое, да нежаркое.

По мосту трамвай - по реке трамвай,

вроде встретились чарка с чаркою.

И три деда - кореша неразлучные,

на базар несут сома белобрюхого,

им навстречу спекулянт Сенька Крученый, -

пять своих да мать с больною сеструхою.

Вон трофейный оппелёк ахнул дверкою, -

галифе да кителёк, - как положено.

Был слушок, мол, жди из центра с проверкою, -

все ль засеяно, да так, как доложено.

Снова горло драть, в телефон орать,

снова цифры рвать, да за душу брать!..

Ты согрей чайку, Зоя Саввишна.

Уберут меня, - ты останешься.

А на том берегу, там, где церковь святого Николы,

молодая вдова шла, держась стороны теневой.

Черный плат, узелок, на жакетке - значок комсомола.

Все три года ждала, а сегодня проснулась вдовой.

Уговоры подруг, или майские бредни сирени,

или нежный фокстрот, что сводил потихоньку с ума, -

вобщем, что-то стряслось, и надежды во сне улетели.

Но осталась любовь. А любовь не бывает сама.

Не о том ли поет не по-детски тревожная скрипка,

и велит малышу пальцы добела вдавливать в гриф -

то ли древняя боль переулков Иерусалимки,

то ли ангел любви, то ли острый, как правда, мотив.

Отболит-отпоет, завершая с минувшим свиданье,

заскрипит колесом, ненадолго повернутым вспять:

этот город возник, словно вышедший на гору странник,

и, как странник уйдет, чтоб когда-то вернуться опять.

1983.